Лучшие враги

Вдруг ты опять решишь, что спишь там, где твои вещи? – все-таки съехидничала я, напомнив о той хмельной ночи.

Прежде чем исчезнуть в воронке перехода, Холт снова оглянулся и крикнул:

– Он отличный чародей, темная Истван! Заключи с ним сделку!

«Слушай умных людей! Они плохого не советуют. Светлый незаменим в хозяйстве темных», – оживилась внутри магия.

* * *Эбигейл с Летисией уезжали ранним вечером, когда уходящее солнце окрашивало замковые крыши бронзовым золотом. Видимо, весь день они собирали вещи.

Я успела вернуться в Истван из столицы, привести себя в порядок и, прихлебывая из чашечки кофе с молоком, из окна своей гостиной следила, как прислужники грузили подводу. Поднимали массивные дорожные сундуки, надежно подвязывали веревками, чтобы не вывалились при портальном переходе.

Вскоре появились мать и дочь, одетые в дорожные костюмы. Провожать их никто не вышел, даже отряд преданных розовых канареек предпочел не высовывать носы.

Если кузину отправили в ссылку приказом Парнаса, то Летти, похоже, решила переждать ссору с озлобленной Мириам на другом конце королевства. За завтраком сплетницы шептались, что тетки скандалили до самого утра. Жаль, до магической схватки не дошло.

Неожиданно в гостиной поднялся злой сквозняк, рванул занавеску, возвращенную на окно только пару дней назад. Чашка в моих руках дрогнула, и кофе выплеснулся через край в блюдце.

Что-то за последние две недели нервишки начали сдавать.

Раньше такого никогда не случалось.

– Ах! – раздраженно прошипела я, проверяя, не облилась ли. – Нельзя ли предупреждать о своем появлении деликатным стуком, дорогой дедушка?

В тишине покоев раздался громкий стук, словно кто-то долбил молотком стену.

– Потом вы удивляетесь, в кого у меня ужасные манеры, – проворчала я, отставляя чашку на подоконник.

Дед молча встал рядом со мной и посмотрел в окно. На внутреннем дворе мать и дочь забирались в карету.

Замечу, в лучшую карету из тех, что были у Парнаса. Лошадей тоже прихватили самых хороших, выбрали особенных, подаренных королем, а не каких-нибудь старых кляч.

– Я знал, как они поступали с тобой, – вдруг проговорил дед.

С удивлением я повернула голову. Он стоял в профиль, следя за тем, что происходит на улице. Руки спрятаны за спину, прямая спина, орлиный нос и кустистые брови.