Ученики Ворона

По его словам, именно из-за отсутствия вина он тут страдал сильнее всего. — И нам хотелось бы!

— А вы ждите кашу, — погрозил ему пальцем Ворон. — Она это заслужила, а ты — нет. Ты даже не старался огонь зажечь, разгильдяй этакий. Я все видел!

— Обижаете, наставник, — для порядка возмутился Гарольд.

За разговорами ожидание еды было не очень тягостным, да и наловчились наши девчонки уже готовить достаточно быстро.

И еще мы все ждали вечера, когда пойдем в спальню. Нам очень хотелось знать, что именно произошло в подвале.

— Ну? — в едином порыве выдохнули мы, как только ввалились в помещение с кроватями. — Чего было?

— Было, — проворчал Мартин, плюхаясь на свою койку и стягивая сапог. — Наш наставник — лютый дядька.

— Но справедливый, — отметил Аллан, расстегивая пояс. — Он и на самом деле предоставляет всем равные шансы. Нам — стать или не стать магами, Михаэлю — попробовать остаться живым.

— Я дома очень любила играть в шарады с нашим шутом, — сообщила всем очаровательная Рози де Фюрьи из Асторга. — Он был страшненький, но очень умный, и здорово их выдумывать умел. Но никогда не перегибал палку, делая их слишком сложными, поскольку понимал, что если я их не отгадаю, то разозлюсь. А если я разозлюсь, то ему будет плохо.

— Аналогия понятна. — Аллан потер руками щеки. — Вот только ты не дома.

— Не тяни, а? — не выдержал я. — Он просто запер его в подвале с Труди, чтобы тот подумал о содеянном, или как?

— В каком-то смысле так и есть, — произнес Аллан и обменялся взглядом с Мартином. — Только добавь к этому тот факт, что Труди, упокой боги ее душу, сама вольна выбрать наказание для него.

— Это как? — охнула Флоренс.

— Он ее воскресил, — утвердительно сказала Магдалена. — Я так и подумала. Но это же магия мертвых?

— Плюс магия крови, — кивнул Мартин.

— Он провел этот ритуал на ваших глазах? — недоверчиво спросил Жакоб. — Да? Если это так, то наш наставник — очень и очень рисковый мужик. Я и раньше это знал, но не думал, что настолько.

— На наших глазах, — подтвердил Мартин. — Он прочитал какое-то заклинание, после резанул кинжалом ладонь Михаэля и смазал его кровью губы трупа.

И его передернуло, как будто в ознобе.

— Когда Труди открыла глаза, я подумал, что обмочусь, — признался Аллан. — Знаете — мне даже не стыдно вам об этом рассказывать. Мне довелось кое-что повидать — и казни и смерти на поединках, да я и сам убивал не раз. Даже в сражении одном участвовал, так что я вроде как знаю, что такое смерть.