Ученики Ворона

Я, по чести, опасался того, что гроза сменится хмарью и мелкой водяной дрянью, которая будет сыпаться из низких серых туч. Из всех видов дождя эта — самая пакостная. Вроде бы и не замечаешь ее, но при этом промокаешь с головы до ног. Мы-то еще ладно, а вот девочки наши и простыть могут.

Но нет. Солнце светило, в небесах радостно заливался жаворонок, и даже развалины замка, некогда носящего имя Ротрик, выглядели вполне гостеприимно. Впрочем, так оно и было. Его хозяева встретили нас добром и добром проводили, кем бы они ни являлись.

Ребята весело гомонили, седлая коней, Карл, по обыкновению, подначивал де Лакруа, который делал это два раза, один — для себя и один — для Луизы. От него не отставала Флоренс, правда, веселиться она явно не слишком хотела, ею двигала легкая женская зависть — за нее-то лошадь никто не седлал, все самой приходилось делать. Единственное — седельные сумки она сама не носила, это была наша забота.

Я управился быстрее остальных и, перекинув сумку через круп коня, задумался, глядя на длинный предмет, завернутый в тряпку. Это была приснопамятная шпага, которая досталась мне в лесу как трофей. Выкинуть я ее так и не решился, вещь-то дорогая. Но и таскать с собой ее было небезопасно.

Постояв с минуту, я взял этот сверток и вернулся туда, где мы провели ночь.

В этом помещении все было так, как и накануне, — полумрак, тишина, груды мусора по углам, потухший очаг и ощущение застывшего времени.

Осмотревшись, я подошел к одной из куч, состоявшей из битого камня, каких-то обломков и ржавых металлических предметов, кое-как разгреб ее, развернул ткань и положил шпагу в получившийся незамысловатый тайник.

— Присмотрите за клинком, — негромко попросил я тех, кто, возможно, меня слышал. — Хорошее оружие, но не могу я везти его с собой дальше.

Тишина была мне ответом.

А потом я сделал то, что не смог сам себе объяснить ни в тот момент, ни потом.

Стянув перчатку, я сжал клинок своей шпаги голой рукой. Он был заточен на совесть, а потому моя кровь немедленно запятнала и его, и камни под ним.

— Спасибо вам, — произнес я, не рассчитывая на ответ.

По комнате пронесся легкий ветерок, в очаге на миг поднялось и тут же опало яркое пламя, а моей щеки чуть ощутимо коснулось что-то, более всего похожее на девичью ладонь, но при этом пронзительно-ледяную.

— Эраст, — донеслось с улицы, — мы отбываем. Ты где есть?

— Прощайте. — Я закидал шпагу мусором, поклонился очагу и, на ходу затягивая ладонь платком, поспешил к выходу.