Ученики Ворона

 — Вы ничего не забыли сделать, молодые люди?

— Мастер? — удивился Гарольд.

— Именно. — Маг встал с кресла. — Мастер. Мало того — хозяин этого замка, а стало быть, и прилегающих к нему территорий, в том числе и двора. Только мне позволено разрешать или не разрешать здесь смертоубийство и прочие причуды нынешней молодежи.

— Так вы же вроде уже? — Мартин тоже ничего не понимал.

Слова Ворона вселили в меня новую надежду на то, что поединка не будет. Да и не в меня одного. Аманда, которая стояла рядом со мной, даже губу закусила, глядя на учителя, а Флоренс, непривычно бледная и не сводящая глаз с Гарольда, сжав кулачки, прошептала: «Хоть бы, хоть бы».

— Ну, против того, чтобы вы бодро уродовали себя сталью, я, как и было сказано, ничего не имею, — сообщил им Ворон и тем самым похоронил мои ожидания. — Но это не означает, что все можно делать вот так, неконтролируемо, без спроса. Хотя, если положить руку на сердце, вы вообще не слишком считаетесь с моим мнением в вопросах жизни и смерти. Не хотите вы меня слышать, а жаль. Так вот. Фон Рут, ты вернулся уже? Ты здесь?

— Да, мастер, — откликнулся я удивленно.

— Напомни-ка мне, всем окружающим и своему приятелю Монброну, какие виды поединков есть в Центральных королевствах. С целью защиты чести, своей или прекрасной дамы, не турнирных. Последовательно перечисляй. И не части́!

Вот же. Мне Агриппа про это рассказывал, но вот так поди вспомни, что именно. По крайней мере — все.

— До смерти одного из противников, — отогнул один палец я. — До того момента, пока один из противников не бросит оружие на землю, признавая поражение. До первого кровавого пятна на рубахе, в этом случае победителем становится тот, чья рубаха будет бела как снег.

— Как поэтично, — перебил меня Ворон. — Вот вроде бы о каком паршивом деле идет речь, а поэтично. Продолжай, фон Рут.

Продолжай. Я не помню!

— Оружие, — прошипела Аманда.

— До потери оружия одним из поединщиков, — протараторил я. — Выигрывает тот…

— Это понятно, — кивнул Ворон. — Дальше.

Я успел уловить тихое «время» и продолжил:

— Поединки на время, которое устанавливается по согласию обеих сторон. Победителем становится тот, кто остается в живых. Если по истечении времени живы оба поединщика, то победитель тот, кто останется стоять на ногах. Если оба поединщика лежат на земле, победитель тот, кто остался в сознании. Ну, там еще много вариантов.

— Много вариантов — это хорошо, — одобрил Ворон.