Ученики Ворона

Надо успеть дотащить ее до наставника, прежде чем она кровью истечет.

— Видишь, ты говорил, что на руки меня не возьмешь. — Побелевшие губы Рози силились улыбнуться, голос был очень слаб. — А вот — несешь же, так что по-моему вышло. Плохо только, что кровью я тебя всего перемажу. Но это ничего, ты свои вещи моей камер-даме отдай и вели, чтобы она…

Ай, как все плохо, похоже, что она заговаривается, того и гляди сознание потеряет. Я бы бежал быстрее, но дыхалка уже сбоила, ускорься — и вовсе не добегу. Да еще шпага по ноге долбит, чтоб ее! Носить ее удобно и даже приятно, но вот бегать с ней — это что-то. Надо себе перевязь будет справить как у Гарольда, ему-то небось… Какая чушь в голову лезет, а?

— Отдам, — просипел я. — Выстирают, куда они денутся. Сама дама и выстирает.

Минуты уходили вместе с силами. В дверь замка пришлось стучать ногами, руки-то заняты. Как назло, Тюба был нетороплив и очень не любил загулявших учеников.

— Сначала колобродят, потом в двери барабанят, — ворчал он, гремя засовами. — Все порядочные студиозусы уже ужинают, а они…

— С дороги! — прохрипел я, буквально сметая его со своего пути, как только дверь открылась.

— Батюшки! — охнул он, увидев меня, перемазанного кровью и с Рози на руках. — Что случилось-та?

Отвечать я ему не стал, вкладывая остатки сил в то, чтобы как можно быстрее добраться до общей залы. Это хорошо, что сейчас ужин, значит, Ворон, как обычно, сидит в своем кресле, ритуал совместной трапезы с учениками для него священен.

— Все со стола! — заорал я, как только влетел в залу. — Наставник, она умирает! Ее в живот, ножом. Уф-ф-ф…

Я аккуратно положил Рози на стол, с которого секундой раньше Гарольд сбросил на пол тарелки, кубки и все остальное.

— Беда, — послышался голос Мартина, перекрывая девичье ойканье и оханье. — Вон какая вся белая. Может, и померла уже, пока ты ее нес.

И тут меня захлестнула ярость. Приступ ее был настолько силен, что я даже не вспомнил потом, как добрался до него и вцепился в горло, мне об этом Гарольд рассказал. С его слов, я словно исчез с того места, где стоял, и появился в другом, там, где находился Мартин.

— Ты-ы-ы! — орал я. — Это твоих рук дело!

— Отвали от меня, фон Рут! — сипел, отпихивая меня от себя, Мартин. — Что ты несешь? При чем здесь я?

— Я узнал одного из тех, кто на нас напал, — прошипел я, глядя на перекосившегося от гнева Мартина. — Он был сегодня среди тех, с кем ты говорил в Кранненхерсте.

— Я много с кем говорю.