Ученики Ворона

Через пару минут мы вылетели на полянку с огромным дубом, стоящим в центре, первым — я, вторым — Клаус. Я боялся только одного — что ребята, увидев это существо, струхнут и чуть замешкаются. Нет, обошлось, все случилось так, как и должно было.

Я пробежал мимо двух сугробов, находящихся совсем рядом с дубом, мертвец висел у меня на хвосте, явно предвкушая момент, когда напьется моей горячей кровушки, и не учуял Жакоба и Ромула, которые и сидели в этих самых сугробах.

Там же, в снегу, лежали вилы, которые мы тоже заняли у старосты, оставив ему в залог кинжал Аманды, по-другому он не соглашался ни в какую. А знал бы, зачем, может, и под залог бы не дал, поскольку вещь была, по местным меркам, дорогая, вилы не деревянные, как у большинства селян, а железные. Именно ими мои приятели и прижали мертвеца к дубу, как только он миновал их, без страха и зазрения совести ударив Клаусу в спину. Этот момент мы даже дважды отрепетировали, разумеется, заменив вилы на простые сучья — я был мной, а Анри изображал покойного Клауса. Только вот двигался он помедленней — не предполагали мы, что мертвец может оказаться таким шустрым. Странно еще, что он старосту не задрал два дня назад.

Как же этот мертвяк вертелся и шипел, пока Аманда, Анри и запыхавшийся я прибивали его руки и ноги длиннющими гвоздями к дубу! В какой-то момент мне даже показалось, что не удержат его ребята, так он рвался на волю. Да еще и голову свою вывернул так, что у него лицо практически со стороны спины оказалось. Жуткая картина — синерожий покойник на тебя таращится, зубами лязгает и воняет так, что хоть вообще не дыши. Бедная Аманда. Если нам таково, что же испытывает она?

— Хорошо, что у старосты такие длинные гвозди нашлись, — просипел Анри, орудуя обухом топора и вгоняя гвоздь прямиком в спину мертвеца, причем при каждом ударе выплескивалась какая-то вонючая жижа. — Фиг бы мы его просто привязали, он же любую веревку порвет! Как бы и их не вывернул из дерева!

— Колья! — прозвенел голос Аманды. — Не забудьте!

Она уже таскала валежник, который мы тоже заранее запасли.

— Ага. — Ромул, помедлив, отпустил покойника, вынув из него вилы, и тот немедленно задергался, пытаясь освободиться. Впрочем, безуспешно, гвозди мы вбивали на совесть.