Ученики Ворона

 — Степенные и зажиточные. Колдунов у нас не было и нет. Вот только…

— Только — что? — насторожилась Аманда.

— Про жену Клауса, старую Медлис, всякое поговаривали… — Староста покачал головой. — Но бабьи разговоры — это такая штука, к которой серьезно относиться не стоит.

— А она уже умерла? — немедленно поинтересовалась Аманда.

— Года четыре как, — кивнул Готтлиб. — Плохо помирала, долго. Жила долго и помирала долго. Так орала, что даже на мельнице это слышно было, а она от деревни — верстах в трех. Перепугала всех так, что люди их дом седьмой дорогой обходили. Да и до сих пор обходят. Так что, когда она наконец отошла, мы все тут, грешно сказать, обрадовались.

— Я про такое слышала, точнее — читала. — Аманда посмотрела на меня. — Ведьмой была эта старая Медлис, а умереть не могла, потому что силу свою никому не отдала. Пока сила из тела не уйдет, душа не освободится.

— Но умерла же в результате? — пожал плечами Анри.

— Умерла, — согласилась с ним Аманда. — Потому что ее муж на себя эту силу принял и тем самым лишил себя посмертия, такое возможно, только плохо это очень. Сила ведьмы — она женская, понимаете? И принадлежать в полной мере может только женщине, да и то как посмотреть. Ведьмовство — оно к темной магии относится, а в ней ничего хорошего по определению быть не может, так во всех книгах написано. Но женщина хоть пользу какую получит, вроде крепкого здоровья, долгой жизни и прочих полезных мелочей. А если эту силу мужчина примет, то все будет очень и очень плохо. Сила выхода не найдет и станет пожирать того, кто ее себе забрал. Годы жизни у этого человека пойдут один за пять, и после смерти он не упокоится, как положено, сила не даст ему этого сделать. Так тут и вышло. Видать, жалко Клаусу жену стало, а та его и упросила, чтобы он силу себе забрал.

— Это верно, Медлис годков-то было — ого-го сколько, — подтвердил староста. — Клаус моложе ее был лет на сорок, если не больше. Значит, не врали наши кумушки, что она его приворожила. Но это ладно, дела былые, чего теперь. Так что, пособите с Клаусом? Надо же что-то делать, у меня народ перепуган сильно, из домов нос не кажет. Да и потом — пока он только под окнами трется, а что ему потом в голову взбредет, кто знает?

Сдается мне, темнит дедушка Готтлиб. Все он знал — и про то, что Медлис ведьма, и про то, почему Клаусу этому на кладбище не лежится. Знал, но поделать ничего не мог. А может, просто пока не хотел.