Белый Ворон: Малыш

Спайк пересел к Агрине.

— Вы хотели уехать, — сказал он, — а у вас есть куда ехать?

— Куда я поеду? — Ответила женщина, — без денег.

— Деньги есть, — возразил Спайк, — речь о том, что вам лучше, уехать, или остаться? Если поедете, я дам вам денег на дорогу, а если останетесь, поселим где-нибудь под «крышей» Чейз. Там сейчас будет спокойнее. Вам решать."

"Женщина разволновалась. Она понимала, что в Фиглисе кризис «бригадиров» и кто знает, чем он закончится. В трёх часах езды на поезде, у неё жила мать и Агрина могла бы поехать туда, но что она будет там делать? Та же нищета, те же «крыши» и «бригадиры». Хорошего ничего нет. В своё время она с мужем переехала в Фиглис в силу того, что здесь можно было хоть как-то прожить. И жили ведь, пока не случилась эта беда. К тому же здесь есть Спайк — человек не равнодушный и подвижный. Возле такого легче прожить.

— Я лучше останусь, — сказала она.

— Идёт, — сказал Спайк, — до утра останетесь здесь. Потом я пошлю с вами Мирлу и вы купите себе дом. А я займусь другим делом.

Мирла услыхала, что они говорят о ней.

— Чего? — коротко оглянулась назад, — чего там?

— Ничего, — ответил Спайк, — рули давай.

«Фор-джип» с потушенными фарами осторожно двигался за ними. Водитель смотрел на дорогу через очки ночного виденья и отсутствие света ему не мешало.

— На что они нам? — Спросил он у женщины, что сидела рядом с ним.

— Откуда мне знать? — Ответила она, — мне приказали и я делаю. Остальное меня не касается.

Микроавтобус остановился. «Фор-джип» свернул с дороги и остановился. Так и стояли до того момента, пока рассвет начал выдавливать тьму на запад.

В автобусе воцарилось сонное царство. Не спал только Спайк. Он вышел из машины и расхаживал вокруг него, словно солдат на посту. Раненое плечо от чего-то разболелось, но это не мешало ему оглядывать окрестности и думать на тему о сложившейся ситуации.

Его удивляла позиция Мэри Чейз. На Спайка трижды нападали, а она даже не попыталась его «убрать». А ведь могла. Другие «бригадиры» посылали боевиков, чтобы избавиться от человека, поднявшего руку на одного из них, а она, вместо этого, пришла посмотреть на него. В том, что это были именно смотрины, Спайк не сомневался. Она даже ничего толкового не сказала! Не говоря уж о том, что «проглотила» его грубость и недовольство. Судя по словам Мирьена и её статусу, такого не должно быть. Значит, думал Спайк, ей что-то надо.