Два семестра волшебства (СИ)

— Да ладно, объяснил бы, что пострадал во время операции, Элисон не зверь, что-нибудь бы придумала, — отмахнулся Ирвин.

А Айлинн просто молчала и слушала, потому что профессора толком не понимала. Он был какой-то весь другой, не как остальные окружающие люди.

— Профессор Горэй считает, что разного рода дополнительные занятия не должны мешать учебному процессу, — пожал плечами Сазерленд.

— Профессор Горэй не только не зверь, но ещё и не дура. И вполне способна понять, что бывают разные обстоятельства, — пожал плечами Ирвин. — Впрочем, думаю, вы с ней там сами разберётесь. Но скажи, что с тобой было-то? С чего вдруг эти дивные спецэффекты? Я так-то служил с некромантами, и с ними ничего подобного не случалось. И полковник, бывает, привлекает некромантов, когда понятно, что мощная нежить и лучше бы иметь в запасе кого-то со смертной силой. И обычно они после боя поживее как-то. Не холодеют и не спят на ходу.

— Прошу простить, — сказал Сазерленд столь же чопорно. — Я не предполагал, что мои действия приведут к такому результату. Вероятно, сказался недостаток практического опыта в здешних условиях.

— Вы ведь недавно на островах, профессор? — спросила Айлинн.

Потому что ей показалось, что они с Ирвином смотрят на одно и то же как-то совсем иначе.

— Да, госпожа Донован, недавно, я приехал сюда в конце лета, — кивнул он.

— Откуда же вы приехали? — потому что он и говорит, и действует как-то… не так.

— Из Поднебесной, — ответил Сазерленд.

— Далеко, — впечатлилась Айлинн. — А как вы там оказались?

— Я родился там. Мой отец — младший брат лорда Сазерленда, он и по сей день находится в тех краях на дипломатической службе.

— Точно, я слышал, что лорд Джон служит где-то на Дальнем Востоке, и уже довольно давно, — закивал Ирвин.

— И вы раньше сюда не приезжали? — продолжала расспрашивать Айлинн.

— Не доводилось, — покачал головой Сазерленд.

— И окончили тамошнюю академию? Простите, если мои расспросы кажутся вам неуместными, то скажите об этом, — Айлинн подумала, что всё это может быть ему неприятно.

Но её простые слова очевидно поставили профессора в тупик.

— Я боюсь, ещё не до конца сложил себе представление о здешних границах уместности, — отозвался он.

Ирвин же смотрел на них и слушал с какой-то непереводимой улыбкой.

— Вы того, продолжайте. Я слушаю и тащусь, если что. И у меня где-то был виски из папенькиных запасов, вообще он недурственно развязывает языки.