На волоске

Она меня как скотину использует, но при этом любит? Так? Только вот, любой скот к старости прикалывают, потому что перестает приносить прибыль, - я снова прикусила себе язык и обещала не трындеть, но что-то было сильнее меня. Я уже начала понимать, что в моменты большого страха, и неуверенности меня словно подменяют. Может, это характер Малисат?

— Не каждый воин имеет такую смелость, Мали, - он присел рядом и улыбнулся. А я решила брать быка за рога, пока тот не очухался. Забралась за его спину и начала привычно уже для него – с шеи, а когда он расслабил плечи, потянула рубаху вверх и нажала на плечо:

— Ложитесь, ридган. Завтра утром вы не узнаете своего тела, - увещевала я его елейным голосом.

— Ты - франгана, просто не говоришь об этом, - сонным голосом Шоаран что-то говорил, но, как я поняла, он уже практически не боролся со сном. Двадцать минут расслабляющего массажа сделали свое дело.

— Нет, я Малисат, ридган.

— Ты франгана Малисат. Ты лечишь тело и душу, я пока не знаю, как ты это делаешь, но когда ты руками давишь на мою спину и что-то говоришь, я забываю обо всем.

— Нет, ридган. Я не франгана, - ласково, но с нажимом отвечала я. Еще не хватало, чтобы они заставили меня лечить кого-то.

— Я ридган по рождению, но канафар по призванию. Ридган – мой титул, а воин – призвание. Ты мало что знаешь о себе, Малисат, или слишком много скрываешь, - теперь речь его была как у человека, который засыпал от хорошей дозы снотворного.

— Я уже не уверена, что хорошо знаю себя, - ответила я уже для себя, осторожно поглаживая спину чужого мне человека, который неожиданно стал моим спасением хотя-бы на эти три дня.

Усталость навалилась страшная: физическая работа и нервы давали о себе знать. Я бесстрашно легла рядом с этим великаном и мгновенно заснула.

Утром я проснулась снова одна. Но в ту же секунду дверь отворилась, и я увидела служанку:

— Вставай, Парамай уже работает, - коротко заявила новая девушка, не поднимая на меня глаз.

— А мой хозяин велел не уходить, - заявила я, но, скорее, для того, чтобы позлить барышню.

— Твоя хозяйка – ридганда Фалея, - ответила та и указала мне на выход. Я встала и пошла за ней, и даже была рада тому, что снова встречусь с этим милым стариком. Мне еще предстояло побольше узнать об этом мире, а за работой разговор получался легкий и непринужденный.

— Как хорошо, что твое наказание продолжается, - завидев меня, сказал Парамай.

— И я этому тоже рада, - улыбнувшись, ответила я ему.