Серый волк для ведьмочки

Легче! Как можно такое легко воспринять!?

- Если вам верить, то моя мать убийца, отец волк, бабушка с дедом обманщики, а я вообще невесть кто! – убитым голосом прошептала я и вдруг позорно разрыдалась. Я так не плакала, даже когда дедушку хоронили, а тут. Такая горечь стояла во рту. Так было обидно за себя и за бабушку. Нас же с ней натурально выбросили за ненадобностью. Моя мать чудовище! Слезы лились ручьем, нос расклеился, и я по-детски хлюпала им, даже не пытаясь прекратить истерику. Мне нужны были эти слезы, слишком долго я пыталась быть сильной.

Сильные мужские руки выпустили меня из объятий, и не успела я подумать, что, наверное, так и нужно, что никому не интересны чужие беды и рыдания, как я оказалась снова в его руках при этом еще и сидящей на его коленях.

- Тихо ведьмочка моя, если бы я знал, что это так сильно тебя ранит, молчал бы, – его губы легко коснулись моих волос. – Хватит плакать красивая, ты делаешь меня беспомощным и слабым.

Вопреки его словам, я обхватила его за талию и прижалась хлюпающим носиком к дорогой рубашке. Поток слез стал больше. Я все ни как не могла взять себя в руки. Я не хотела снова становиться сильной большой девочкой.

Дождь усиливался. А мы все сидели в старом заброшенном парке в ржавой беседке. Мой мир рассыпался на сотни осколков, и я уже не понимала, где же реальность, а где сказочный вымысел.

- Кто я? – шепнула я сиплым от пролитых слез голосом.

- Ты, – отозвался Мстислав, – ты моя маленькая ведьмочка с примесью охотничьей и волчьей крови. И чтобы твоя бабушка не говорила, я чувствую, что сила ведьмовская твоя. Она приняла тебя, как родную, и растворилась в твоей крови.

Ласковые губы скользнули по моему виску, и я осознала, в каком двусмысленном положении сейчас нахожусь. Ночью в безлюдном месте в объятьях малознакомого мужчины. Впору смутиться и покраснеть, извиниться и убежать домой, поджавши хвост. Вот только не хотелось мне этого всего. Я чувствовала себя уютно, прижимаясь к этой теплой мужской груди.

- А каким образом ты волк? Ведь ты человек? – не унималась я.

Теперь, когда рыдания я подавила, на первый план вышла необходимость разобраться во всем.

- Оборотень, – просто одним единственным словом ответил он на мой вопрос.

- А отец мой тоже оборотень?

- Да, но слабый. Мать твоя считается ведьмой, но в ней чувствуется какая-то неправильность. Ее, в отличие от тебя, чужая сила не приняла.

- Зачем она так с сестрой? – снова всхлипнула я.