Это война, братишка

Почему никто не сказал, что игра в волейбол сродни избиению младенца? Знала бы, пошла б на плавание. Очередная подача от Джесс прилетела мне в плечо, отбросив в сторону.

– Сука, – выругалась сквозь зубы и подняла мяч.

– Я подам, – ко мне подлетел Дастин, но на этот раз я не собиралась уступать этой мегере с бешенством матки.

– Чёрта с два, этот мяч мой, – прошипела и пошла за линию.

Улыбнулась и подбросила мяч. Как бы я ни старалась, но с моим ростом мне ни за что не достать девчонку. Но это отсюда, а вот от сетки, вполне себе можно. Теперь охоту вела я, и каждый раз бросалась к мячу, как голодный тигр к антилопе, разве что зубами его не рвала.

Удачно оказавшись у сетки, я отпихнула от себя Дастина и подпрыгнула, кулаком отбивая мяч. Прицел, и точное попадание в голову. Надеюсь, звон в ушах у неё надолго останется.

– Ах ты, стерва! – верещит эта кобылица и на всех парах, тряся хвостом, несётся ко мне.

Что она собралась делать? От удара меня спасает свисток.

– Браун! Вернись на своё место! – зверствует тренер. – Обе! Штрафные полчаса. Каждой.

Отлично. Теперь я должна отработать двести сорок часов с половиной. Спасибо, сучка. С тобой приятно иметь дело. К концу года я задолжаю университету пару тысяч спортивных часов, и меня даже близко к корпусу не подпустят, не то что к экзаменам.

Наконец война закончилась, и нас отпустили принимать душ. Стоило сделать пять шагов в сторону раздевалки, как подвалил Дастин.

– Могу тебя подвезти, если Градов не может, – лукаво улыбнулся он.

Я посмотрела на него убийственным взглядом, надеясь превратить его в лужицу крови. У меня даже глаз дёрнулся. Волейбол лишим меня всякого очарования.

– О-о! – Дастин в притворном ужасе округлил глаза. – Могу поговорить с Джесс, и она больше к тебе не подойдет.

– Слушай, поговори уже со своими мозгами, а меня не трогай, – устало выдохнула и ускорилась.

Стоило мне переодеть футболку на блузку, так как здесь я душ принимать не собиралась, надеясь дотянуть до дома, кто-то сильно толкнул меня в спину. С грохотом я ударилась о шкафчики. Я даже знаю, кто эта неведанная сучка.

– Как ты посмела, мразь?! – плевалась девушка. Я посмотрела на пол, не капает ли яд. Она стояла в одном бюстике и шортах: волосы торчат в разные стороны, взгляд бешеной коровы – мне, откровенно говоря, стало смешно. Может, я действительно больная, раз нахожу в таких ситуациях свою порцию юмора?

– Так спешила ко мне, что забыла одеться? – скептически спросила я и увернулась от удара.