Пиранья. Война олигархов

– Так а я-то, в таком случае, что здесь делаю?

– Кирилл, давай об этом ты не со мной будешь говорить, а? Все равно я в их делах ничего не понимаю. Я свое дело сделала – заманила тебя сюда. – Олеся подняла свой бокал. – Или ты не рад меня лицезреть?

– Уписаться можно, как рад… – вздохнул Мазур, рассматривая разлегшуюся на блюде на соседнем столике и обложенную мелко покроенным лимончиком и прочими вкусностями курносую норвежскую семгу. – Думаешь, я поверил, что твой Малышевский меня сюда затащил, чтобы познакомиться? Ха-ха.

Зачем-то я ему нужен.

– Сволочь, – беззлобно фыркнула она. – Неблагодарная сволочь! Ты что думаешь, сюда любой проходимец попасть может? Здесь не лавочка, не тусовка…

– Ну да, – кивнул Мазур на мужика у стойки. – А вон тот, который только что себе на манишку стакан виски опрокинул, конечно, наследный принц Бахрейна. Или вон тот, крашеный, который с двумя телками. Телки, кстати, тоже наверно, акулы российского бизнеса.

– Вот тот – именно что один из крупнейших в России, а, пожалуй, и в мире, поставщиков леса. Он, правда, не из наших, но человек полезный во всех отношениях.

– А кто из «ваших»? – криво усмехнулся Мазур. – И кто такие эти «ваши»?

Олеся на мгновение замерла, но тут же упрямо тряхнула головой и пристально посмотрела ему в глаза:

– Вот об этом ты и поговоришь с Малышевским. Кто «наши», а кто не «наши».

Он еще раз окинул взглядом помещение – впечатляет! Уютные диваны и кресла из светлой кожи.

На столике из тика потеют бокалы и фужеры. Мазур всматривался в колонны, портики, лепнину потолка и стен, плафонную живопись, наборный паркет с вставками из ценных пород дерева. По углам белеет мрамор изваяний, сияют золотом рамы картин на стенах, серебрятся антикварные горки, мерцает фарфор. Кроме бронзово-хрустальной люстры, под потолком, свет изливают многочисленные светильники, торшеры и бра. В общем, констатировал Мазур, основным девизом этого плавучего дворца был лозунг: «Деньги плюс деньги!» И плевать, что интерьер корабля на корабельный не похож ни в малейшей степени…

– Смотри, а вон отец невесты, – Олеся вытянула руку с бокалом и незаметно показала на высокого и очень бледного человека в смокинге, о чем-то беседующего с Медиа-Магнатом возле выхода на трап.

Точнее говорил в основном Магнат, а счастливый отец слушал вполуха и вяло улыбался.