ГП. Падение во Тьму

Мои подруги ждут меня и уже пора завтракать.

- Конечно, - согласился Гарри и, указав рукой в сторону подруг девушки, доверительно прошептал. - А иначе их всех скоро растащат на сувениры.

- Вы весьма занимательный человек, мосье Поттер, - покачав головой, рассмеялась она.

- Называйте меня Гарри, - попросил Поттер, пока они подходили к девушкам в голубых мантиях.

- Хорошо, ‘Арри. Я дам вам знать, когда приму решение.

- Спасибо.

Они вместе вошли в Большой зал, где тут же разминулись: девушки из Шармбатона пошли к специально выделенному им столу, Гарри же твердой походкой направился к столу Гриффиндорра. В такую рань там сидел один лишь Дин, который сейчас смотрел на него, некультурно разинув рот.

Гарри уселся на скамейку и начал быстро наполнять тарелку, весьма успешно делая вид, что не замечает направленных на него завистливых взглядов. А полная самодовольства ухмылка никак не желала покидать его губ.

Он встретился с удивленными взглядами француженок и усмехнулся, радуясь, что так изменился за прошедшие два месяца.

Мерлин, какое счастье, что он больше не тот глупый малолетний идиот!

_ _

С каждым днем его новый друг мог оставаться с Гарри все дольше и дольше, а его слова звучали все отчетливее. Но в конце каждой недели, когда они обычно разговаривали по полчаса, максимум по часу, его компаньон слишком уставал и уходил в подсознание Гарри, объясняя это тем, что он использует магию Поттера, чтобы задерживаться в его сознании, пока тот бодрствует. И эта магия не очень хорошо совмещается с его собственной, отбирая много энергии, если вместо чувств и образов использовать слова. Но, тем не менее, с каждым прошедшим днем их магии становились все более схожими, и от этого ему становится легче восполнять свой резерв, а значит и дольше разговаривать с Гарри.

А Поттер ровным счетом ничего не понимал. Как его магия изменяется, и должен ли он об этом беспокоиться?… И что, к чертям собачьим, это вообще означает?"

"Он, конечно, заметил, что его некогда белое подсознание постепенно сменилось серым, но ему на это было как-то наплевать. Ведь чем дальше распространялась эта серость, тем лучше он себя чувствовал.

Кроме того, белый цвет казался ему слишком ярким. Всегда, когда Гарри оказывался в своем подсознании, он спешил к темному углу, желая поскорее укрыться в нем. Он не хотел оглядываться на белые стены, они казались ослепительными, и это его порядком раздражало. Так что когда все вокруг начало сереть, он даже обрадовался.