Я сломалась и падаю вниз

Первое время Рома всерьез относился к своим обязанностям, потом расслабился, но так ведь Елена от него многого и не требовала. Главное, чтобы он смог оградить от неприятностей самого себя, а на ночь дом брали под контроль ее телохранители.

Елена хорошо помнила, как попала в свой дом, захваченный Моржом. Здесь она могла оказаться в такой же ситуации, поэтому, возвращаясь домой, звонила Роме. Если в его ответе не было заранее оговоренного слова, значит, все нормально, проблем нет.

— Вам видней. Значит, понравился вам наш город?

— И сейчас нравится.

Думаю сеть супермаркетов здесь открыть. Вернее, прежде хотела.

— А теперь уже не желаете?

— Так вы же сами сказали, что у Моржа нет пистолета с моими пальчиками. Почему я не могу вернуться в Москву?

— А если он просто обвинит вас в гибели вашего мужа? Покажет могилу, скажет, как все было…

— А кто ему поверит?

— Вы же сами говорили, что ваш воздушный замок может разрушить даже предупредительный выстрел.

— Почему воздушный замок? «Центр-Глобус» развивается, прибыль растет.

Калинов отлично справляется со своими обязанностями. А предупредительный выстрел меня не пугает. Более того, я хочу, чтобы вы нашли могилу моего мужа. Пусть найдут тело Ильи, похоронят его по-человечески. А компанию мы разделим с Лешей. Все равно он ведь получает свою долю. Повторю, что Илью нужно похоронить как человека, а то ведь как собаку закопали. Если бы вы знали, как я ненавижу этого ублюдка Моржа! — Елена гневно сжала кулаки.

— Я вас понимаю.

Вам нужно успокоиться.

— Да я и не волнуюсь. — Она пожала плечами.

— Я бы так не сказал.

— Вы сейчас на службе?

— Это вы о чем? — глянув на часы, спросил Матвей.

— Может, компанию мне составите?

Елена открыла шкаф, достала оттуда бутылку «Мартеля» и пару бокалов.

— Вряд ли. — Глядя ей в глаза, Кириллов покачал головой.

— Я мало пить не умею, а много нельзя.

— Завтра же выходной.

— Суббота для меня — рабочий день. Да и не в этом дело. Я вас ни в чем не подозреваю, а женщина вы красивая.

— И что? — не уловив связи, спросила она.

— Да ничего. — Он махнул рукой, тут же забрал у нее бутылку, бокалы, наполнил их на два пальца.

Тост Матвей предлагать не стал, чокнулся с Еленой просто, без слов.

— Хороший коньяк. — Кириллов одобрительно кивнул.

— Хороший коньяк под плохое настроение, — заметила она.

— Если вы в Москву возвращаетесь, то радоваться нужно.

— А если мне нравится здесь?

— Оставайтесь. Вас же никто не гонит.