Яжмаг вне закона

Зеркало Дракулы вздрогнуло, вспыхнуло искрами, заиграло разноцветными волнами, и вот неизменная троица Хранителей милостиво соизволила обернуться в мою сторону:

– Ярослав ибн Гауда Мценский. Бывший яжмаг вне закона, а ныне рядовой подозреваемый. Мы вызвали вас на допрос.

Я скрестил руки на груди, всем видом показывая, что пока готов только слушать.

– К нам поступило заявление от некоего яжмага-анималиста Ефимова, более известного всем как Фима Синий. Он в письменной форме обвиняет вас в обмане и лжи! Вы заставили его, законопослушного и примерного яжмага, участвовать в ваших аферах.

Подвергнутый вами гнусному шантажу, он был вынужден оживить бычьи рога в испанском ресторане, что привело к немалому разрушению и даже жертвам! Вы также подбили его украсть бронзового коня у Петра Первого! И это когда вы ещё не были вне закона…

Честно говоря, если я хотел выслушать все их речи хохоча и с максимально презрительным выражением лица, то вот оно-то у меня как раз и не получилось.

Ну, в том смысле, что резко пропал голос, потому что уж от кого от кого, но от дорогого друга Фимы я такого не ожидал. И высокомерная мина на физиономии гарантированно сменилась глупым и растерянным выражением лица.

– У нас есть информация, что вы регулярно переводили ему деньги с целью спаивания. Он умолял вас этого не делать, так как боролся с алкогольной зависимостью. Тем не менее, даже когда вас объявили вне закона, вы продолжили терроризировать гражданина Ефимова.

У нас есть все доказательства того, что это именно вы использовали для похищения Белой Невесточки (Геленджик) бронзовые скульптуры чижика-пыжика и верблюда с памятника учёному и исследователю Азии генералу Пржевальскому. Что вы можете сказать в своё оправдание?

– Чушь, – наконец выдохнул я, кое-как овладев голосом. – Во-первых, ничего этого не было. Во-вторых, всё было не так. И, самое главное, мой друг не мог такого написать!

– Мы понимаем, что вы вправе не верить нам на слово, хоть это и странно, – снисходительно хмыкнув, переглянулись Хранители.

 – Тем не менее указанное заявление существует и будет рассмотрено в рамках судебного разбирательства в отношении вас. Никуда не уходите из города.

– То есть я под домашним арестом?

– Нет, нет, что вы. По зрелом размышлении мы решили, что оставлять вас на свободе слишком опасно. До суда вы посидите в подвалах этого особняка.