Запрет на вмешательство

Короткая очередь! От хвостового оперения ушедшего вперед второго немецкого истребителя летят какие-то ошметки. Машина рыскает на курсе, но быстро выравнивается и продолжает полет, начиная разворот для нового захода на цель. Теперь мне видна пилотская кабина. Очередь! Еще пару секунд самолет продолжает полет, кажущийся со стороны управляемым, потом заваливается на крыло, теряет высоту и врезается в деревянный дом на окраине Емиловки. Мне уже не до него. Поврежденный зенитчиками немец выходит из боя и тянет куда-то на север, но последний оставшийся «мессер» еще вполне цел, и сейчас снова начнет атаку, а высоко в небе уже переворачивается через крыло ведущий четверки «Юнкерсов» и начинает отвесное пикирование на идущие в атаку танки «колонны особого назначения».

У меня за спиной отрывисто рявкают зенитные пушки. Бьют одиночными, выполняя мой приказ. По «мессерам» они не стреляли — слишком быстрые для них цели. Возможно, поэтому и уцелели до сих пор. А вор «Юнкерсы» для них — самое то. Дистанция больше, скорость ниже, но попасть все равно очень непросто.

В углу поля зрения вижу зеленую отметку в мигающей желтой рамке — одна их пулеметных установок все еще в строю, хотя и имеет повреждения. Две другие бледно светятся красным — уничтожены противником.

Понимаю, что везде одновременно успеть не могу, и выбираю наиболее опасного врага — последний оставшийся «мессер». Вот он — уже успел развернуться и сейчас заходит на позицию моих зениток. Расчеты не обращают на него внимания, продолжая вести огонь по пикировщикам. Первый из них уже сбросил бомбу, и вырвавшийся чуть вперед Т-26 исчез во вспышке взрыва. Бомбардировщик начинает выход из пике, а я ловлю в прицел свою цель. Прицельный маркер вспыхивает зеленым. Очередь! И, не дожидаясь результата, вторая. «Мессер» вспыхивает прямо в воздухе и валится на землю грудой пылающих обломков. К сожалению, именно туда, где сейчас наступает наша пехота.

«Лаптежники» отбомбились. Три танка горят дымными кострами. У четвертого сорвана гусеница, но он продолжает вести огонь с места. Немцы пока держатся — при поддержке авиации им сражаться легче. Но и красноармейцы не прекращают атаку. Вид падающих на землю вражеских самолетов придает им сил.

Зудит имплант за ухом. Как же не вовремя-то! Это заранее запрограммированный сигнал — реакция на изменение обстановки. Тот самый, сильно напрягавший меня моторизованный батальон противника пришел в движение, и движение это обозначилось, конечно же, в нашу сторону.