Отпустить или влюбить?

– Откуда такие познания?

– Мама одно время работала лифтёром – отвечаю, пытаясь сильнее расшатать двери. Кабина ещё раз дёргается.

– Ты ей помогала? – звучит вопрос.

– Да. Я работала за неё, если можно так выразиться, когда она… не могла выйти. – Признаться, что мать отсыпалась после пьянки, почему-то не могу. –  Это сейчас лифты включены круглосуточно, потому что есть сотовые телефоны и можно вызвать лифтёра.

– Так почему ты просто не позвонишь?

– Сигнала нет, – отвечаю.

– И что ты делала? – продолжает спрашивать Дима.

– Раньше лифты включали в шесть утра и выключали в одиннадцать вечера. Когда мама была не в состоянии его включить, или выключить, это приходилось делать мне.

– И ты сама справлялась? Сколько тебе было?

– Двенадцать или тринадцать.

– Серьёзно? Тринадцать лет?

– Дим, ничего сложного в этом нет: открыть машинное помещение, опустить, или наоборот поднять рычаг, и закрыть машинное помещение.

Кабина опять дёргается, вызывая у меня чувство тревоги. Двери, наконец, поддаются, и, как я и сказала, открываются очень легко.

– Может позвать на помощь? Это жилой дом, должен же хоть кто-то пройти мимо?

Конечно, должен, только сейчас все на работе, и подъезд похож на мёртвый, что можно смело снимать картину постапокалипсиса.

– Дима, мне нужно твоё колено.

– Что?

– Мне нужно подняться выше, – объясняю.

– Не совсем понимаю, что ты хочешь, но, – Дима опускается на одно колено. Снимаю туфли и встаю на его ногу.

– Господи, София, что ты задумала?

– Открыть дверь шахты и выпустить нас отсюда. Я солгала – у меня клаустрофобия!

Поскольку специального ключа у меня нет, придётся обходиться тем, что есть. Прощай, маникюр.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍"

"Дима придерживает меня за ноги, не столько для того, чтобы я не упала, сколько «путешествуя» руками вверх-вниз, нагло пробираясь всё выше под юбку. Он настолько увлечён этим занятием, что перестаёт задавать вопросы, на которые мне отвечать некогда: отводной ролик, расположенный в верхней части двери лифта, никак не хочет уходить вверх. За то шаловливые ручки Димы добрались уже до попы. Наконец, ролик смещается со своего места, и двери шахты открываются, кабина дёргается, и мы опускаемся вниз, сведя мои старания практически к нулю, так как теперь мы стоим ниже этажа, на котором я открыла двери шахты.

– София, давай я тебя приподниму, ты выберешься и позовёшь на помощь, – предлагает Дима.

– Нет.