Уроки вирта

Просто стояла и рассматривала его.

Не урод. Но и красивым тоже не назовешь. Обычный, совершенно обычный. Худой, высокий, в какой-то дурацкой яркой куртке, без шапки, солнечные очки уже куда-то делись (зачем он носит их зимой?), а вот обычных очков нет. А ведь раньше вроде были. Может, в линзах?

— Ты в порядке? Не молчи! Что он успел сделать?

— Это ты, да? — медленно проговорила я, пристально глядя ему в глаза. Очень светлые, туманно-серые, как осеннее пасмурное небо.

— Как тебя зовут? Ну по-настоящему. Я не помню.

— Илья. Илья Кашнов.

— Ты все заранее знал, да? И про то, что я учусь здесь. И про то, что я с братом твоим спала! Тебе это было по приколу, да? Вы вместе с ним это придумали?!

— С ума сошла, Дин? — вдруг тихо и как-то растерянно проговорил он. — Я только сейчас понял, что твой парень — это мой брат. Иначе сразу бы сказал, что с ним лучше не связываться.

Черт. Ну да, он, наверное, прав. Но я все равно не могла до конца осознать происходящее, это был будто дурной сон.

— Блин, это ты… Ты! — я неверяще покачала головой.

И тут вдруг его взволнованное, почти нежное лицо исказилось от болезненной усмешки.

— Не тот, кого бы ты ожидала увидеть, правда?

О, этот резкий отрывистый голос я знала. Именно таким тоном Эл просил меня не лезть в его жизнь, просил не переходить черту, которую мы все же перешли. И я сама сейчас не понимала, стоило ли это было делать.

— Ты уже придумала себе красивую историю про меня, правда? — он отпустил меня с таким видом, как будто ему было неприятно меня касаться. — Дай угадаю! Изуродованный солдат? Жертва страшной катастрофы? Или что там было у тебя в голове? А все гораздо скучнее, просто некрасивый брат твоего бывшего парня. Как вы там с девочками говорите — «на двоечку»? Или все же «на троечку» потяну, а?

Я молчала. Было почему-то стыдно.

— Ну может и лучше, что так, — пробормотал себе под нос Эл… Илья. — Сразу. И никаких иллюзий.

Он вытащил из кармана телефон, что-то там потыкал, а потом, не глядя на меня, сказал:

— Серая Мазда, приедет через десять минут. Деньги с моей карты спишут. Не надо тебе сейчас на метро ехать, а я без машины. А если Олег будет возникать, напиши мне. Я разберусь. Но я думаю, что не должен, он довольно труслив на самом деле.

— Не бойся, я никому не расскажу о том, что у нас было. Фотки удалю.

Он подошел к тому месту, где стояла машина Олега, нашел на земле упавшие солнечные очки, вытер рукавом, надел и потом только обернулся ко мне.