Уроки вирта

У Эла, судя по всему, состояние было такое же, потому что от десерта мы дружно отказались. Тогда нам принесли ванночку для мытья рук, а потом по бокалу вина, и официант наконец оставил нас наедине.

— Солнышко, — мягко и низко проговорил Эл. — Ты не передумала?

— Нет, — выдохнула я. Его голос запустил во мне цепную реакцию: дыхание участилось, по позвоночнику пробежала жаркая волна, которая согрела поясницу и расплавленной лавой обрушилась вниз — между ног, где моментально стало влажно.

Радуясь, что надела юбку и чулки, я широко раздвинула ноги. И не смогла сдержать стона, когда кончики пальцев коснулись моего бедра, провели по гладкому нейлону, дошли до края, где заканчивалась резинка чулка, и коснулись обнаженной кожи.

— Я только начал, моя сладкая, моя красивая девочка, —жарко шептал он, пока его пальцы гладили меня, подбираясь все ближе к повлажневшему шелку трусиков. — Будет хорошо, солнышко. Я обещаю — будет хорошо…

Я кусала губы, чтобы не быть слишком громкой. Это было горячее самой горячей сексуальной фантазии — вот такие запретные ласки прямо под столом, прямо в ресторане, в полной темноте, которая вычеркивала картинку, оставляя только звуки, запахи, прикосновения, вкусы…

Мне безумно хотелось, чтобы Эл меня поцеловал. Хотелось ощутить его губы на своих, узнать, какие они — твердые или мягкие, ласковые или требовательные. Хотелось распробовать их — медленно и вдумчиво, как то вино, которое мы оба пили.

Я не успела договорить, потому что его умелые пальцы уже отодвинули в сторону край белья и, нежно погладив и покружив вокруг входа, плавно вошли внутрь. Неожиданно легко. Сначала один, потом сразу второй.

Ох боже мой как хорошо! Это вообще так бывает? Это законно, чтобы было вот ТАК хорошо?

Я промычала что-то похожее на «дааааа», а потом он сделал пальцами какое-то движение внутри меня, и это было еще лучше. Невозможно сладко — перед глазами вспыхнули звезды, и я тихо вскрикнула.

— Тише, тише. Ох блядь, не могу. Дина… какая же ты горячая, какая чувствительная… как же я тебя хочу…

Сбивчивый пошлый шепот Эла был, казалось, везде — в каждой клеточке, проникал в меня отовсюду. Я жадно вдыхала его запах — теплый, мужской, манящий, неимоверно вкусный — его хотелось слизать с него, забрать, сделать частью себя. А в центре всего этого клубка ощущений — яркое чистое удовольствие, пронзающее меня насквозь от каждого толчка его пальцев в какую-то волшебную точку.

— Э-ээл… — глухо простонала я и мучительно-сладко кончила.