Уроки вирта

— Давай в другой раз?

Я так страдальчески вздохнула в ответ, что Илья тут же покладисто согласился:

— Понял-понял, надо в парк. Тем более я тебе обещал. О, смотри, вроде тут кто-то взял наш заказ: пишут, что через пятнадцать минут машина приедет. Давай подождем.

Когда мы наконец добрались до места назначения, было уже совсем темно. Но зато я увидела именно ту красоту, за которой ехала: силуэты заснеженных деревьев, яркие праздничные гирлянды и теплый свет фонарей, в лучах которых плясали снежинки. Я даже зажмурилась от невероятной сказочности этой картинки. Как в рождественских фильмах! Идеально! Просто идеально!

— Идем! — радостно сказала я.

Мы взялись за руки (как в моих мечтах!) и красиво пошли по заснеженной дорожке. Но красиво это было только первые пару метров, потому что сочетание камней, которыми эта дорожка была вымощена, свежего мокрого снега и моей скользящей подошвы давало такое гололедное бинго, что я едва не пропахала носом землю. Удержалась на ногах только благодаря тому, что Илья меня поймал. В итоге мне пришлось за него уцепиться и передвигаться совсем не романтично — мелкими семенящими шагами.

А еще было холодно: из-за высокой влажности даже небольшой мороз буквально пробирал до костей. Особенно мерзли руки, потому что перчаток ни у кого из нас не было. Мы, конечно, прижимались друг к другу теснее, чтобы согреться, но романтики и тем более секса в этом было ноль. Я скорее ощущала себя пингвином в Заполярье, жмущимся к другому такому же пингвину, чем девушкой на свидании. Не хотелось ни говорить, ни целоваться. Хотелось в тепло.

— У тебя губы синие, — неромантично заметил Илья, еле слышно стуча зубами. — Может, нахуй этот парк? Вызываю такси?

— Надо просто купить глинтвейн, — не согласилась я, топая ногами, чтобы хоть немного согреться. — И нам сразу станет тепло!

— Окей, — не слишком радостно отозвался он, и мы пошли к ярко освещенным лоткам.

Что ж, не мы одни оказались такими умными: очередь к киоску с горячим вином действительно впечатляла. Она тянулась вдоль дорожек, закладывала петлю вокруг деревьев и таинственно уходила в темные кусты, оставляя простор для воображения.

— Точно? — тоскливо уточнил Илья.

Я упрямо кивнула, потому что не намерена была так легко сдаваться, и мы встали в конец очереди. А когда, мужественно ее отстояв, мы получили наконец по стаканчику обжигающего пальцы глинтвейна и отпили его, ожидая внеземного блаженства… то оба синхронно сморщились.