Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира

Услышав его шаги, девушка обернулась и, увидев мужа, негромко взвизгнув, вскочила. Подхватив ее на руки, Елисей пару раз обернулся вокруг своей оси и, поставив жену на пол, спросил:

– Чем это ты тут занимаешься?

– Сама еще толком не поняла, – лукаво улыбнулась Наталья и, вдруг охнув, схватилась за живот.

– Ты чего? – всполошился Елисей.

– Чего, чего, – сварливо отозвалась девушка. – Доигрались. В тягости я.

– Татошка! – счастливо ахнул Елисей, снова подхватывая жену на руки.

* * *Комендант крепости, майор Тимофеев, поправил перед зеркалом ордена и, одернув мундир, вышел из кабинета.

Сегодня в крепости был особенный день. Очередные три десятка юношей принимали присягу и должны были быть занесены в казачий реестр строевых бойцов. А после их отправят на новые места службы. Вот уже семь десятков лет эта школа выпускает настоящих мастеров тайной войны, и все это время управляет ею один и тот же человек.

Сам майор тоже когда-то пытался сдать вступительные испытания в эту школу, но силенок не хватило.

Пришлось отправляться в Семеновское училище и после служить государству в самых разных местах. Даже дружба деда, генерала Тимофеева, с директором школы не помогла. Князь Кречет, как давно уже прозвали князя Халзанова, так тогда прямо и сказал. Не потянет ваш внук. Надорвется. Тогда слышать подобные речи было очень обидно, но как оказалось, прав был старый пластун. Не потянул бы.

Ведь даже трое из кровных его шести сыновей те испытания пройти не смогли. Не делал князь скидок ни на родство, ни на знакомства.

А учит так, что только пух с перьями летят. Зато и ценят его школу по всей империи. Даже с Дальнего Востока отроков на экзаменацию присылают. Казаки забайкальские целое посольство собирали, чтобы про обучение договориться. И с Дона казаки приезжали, и из Казани.

В общем, серьезное это дело, школа пластунская. И то сказать, учат тут не просто по следу ходить или стрелять ловко. А еще и грамоте, счету, умению с одного взгляда мелочи всякие запоминать, в общем, многому учат.

С этой мыслью майор вышел на плац и, подойдя к выстроенному личному составу гарнизона, придирчиво оглядел вверенных ему солдат. Не пластуны, конечно, но и не серая скотинка от сохи.

Еще прежним комендантом было так заведено, что все свободные солдаты не в казармах отсиживались, а учились хоть части того, что умели мальчишки из школы. Благо наставники школьные умений своих не скрывали и знаниями делились запросто.