Искупление вины

Позже Лиходеев был отобран в диверсионно-разведывательную школу, где прошел полный курс.

История перерождения Тарасюка и Падышева была в чем-то похожа: оба оказались в окружении, один – под Киевом, другой – под Минском. Прорываясь через кольцо окружения, попали в плен. Тарасюк через неделю вместе с группой военнопленных предпринял попытку бежать из лагеря, но был пойман. Далее перед ним встал выбор: быть убитым или расстрелять бежавших с ним товарищей. Думал он недолго, через секунду четыре человека легли на землю, сраженные автоматной очередью.

Падышев, попавший в плен и отправленный в сборный лагерь для русских военнопленных, был впоследствии «разагитирован» прибывшим пропагандистом белоэмигрантом и дал согласие на сотрудничество. В качестве поощрения его назначили старостой барака, он несколько раз принимал участие в расстрелах, а далее был отправлен в диверсионно-разведывательную школу. Таких людей с перепачканными кровью руками Гемприх-Петергоф называл «крещеными».

Михаил Аверьянов был не запятнан, что вполне соответствовало планам заброски. Эта была обычная практика майора – засылать диверсантов, замазанных кровью, с агентом, не участвовавшим в карательных акциях. По его словам, в группе не должно быть абсолютного доверия, и агенты должны присматривать друг за другом. В таком вынужденном союзе присутствовала какая-то своя логика.

– Операция называется – «Барин», – продолжал тем временем майор. – Знаете почему?

– Никак нет!

– Потому что Барин – это вы! Вы будете ключевой фигурой в этой операции.

Скажу больше, в вашем кармане будет лежать ключ от северных ворот России.

– Для меня это очень почетно.

– Надеюсь, что это так. Вы назначаетесь командиром группы.

– Спасибо за доверие, господин майор. Когда заброска?

– Уже завтра. Чего тянуть? Тем более что имеется весьма подходящий повод: завтра у меня день рождения, и мне хотелось бы отметить его как-то по-особенному, что ли… Надеюсь, что вы мне в этом поможете.

Так что, когда вы будете в тылу у русских, я буду пить за ваше счастливое возвращение. И за нашу победу!

– Я не подведу, господин майор!

– Другого ответа я от вас и не ждал. И помните, командование «Абвера» возлагает на вас большие надежды.

Глава 5. Не торопитесь меня благодарить

Январь 1942 года

Иосиф Виссарионович принял наркома НКВД Лаврентия Берия в своем кабинете на Ближней даче ровно в одиннадцать часов вечера.