Северная Корона. Против ветра

– Прости, – словно почувствовал что-то неладное молодой человек, хотя и он сам, и его невеста могли бы поклясться, что интуиции у реалиста Александра нет, или она в глубокой спячке.

– За что? – сдвинула девушка брови к переносице.

– Мы так и не сходили на пейнтбол, – ответил Саша, и Ника, отвернувшаяся к окну и глядевшая на сырой тротуар, закусила губу от смеси стыда и жалости.

И как у них все так получилось? Она не знала, но в этот момент Александр, находящийся у себя дома, уже полностью одетый в строгий черный костюм, правда, без галстука, тоже смотрел в открытое окно и курил.

– Ничего, еще сходим, – заявил Дионов и затушил окурок в переполненной пепельнице. – До встречи, девочка моя, – сказал Саша и первым отключился.

– Он что-то заподозрил, – сказала Ника Никите напряженным голосом.

– Его право, – отвечал тот и протянул руку к волосам своей спутницы. – Не двигайся, – предупредил он замершую девушку.

– А ты мне не приказывай! – мигом взбеленилась очень нервная после разговора девушка.

– Тогда я не буду его вытаскивать.

– Кого? – с подозрением спросила Ника.

– Жука. У тебя в волосах застрял жук, – пояснил Кларский.

– Что? – мертвым голосом спросила Ника. – Убери его!

– Кто и что говорил о приказах? – ухмыльнулся светловолосый парень.

– Никита, пожалуйста! – взмолилась Ника. – Только не раздави в волосах!

– Хорошо, подожди, – осторожно стал перебирать ее волосы Кларский. Он нашел повод лишний раз коснуться своей обладательницы малиновых губ. Без повода объятия и прикосновения казались этому парню излишеством, этакими ненужными розовыми слюнями. А сейчас у него был отличный повод.

Сердце Ники тотчас забилось сильнее. Девушка легонько коснулась ладонью его груди.

– Убрал? – подозрительным тоном осведомилась она.

– Убрал. Смотри. – Никита поднес вытянутый палец, на котором сидело красное в черную крапинку насекомое, почти к носу Ники. Она, ожидая увидеть какого-нибудь мерзкого большого жука, даже вскрикнула, повеселив этим парня, а после возмутилась:

– Это не жук! Это божья коровка, дурак!

– Божьи коровки – жуки, – с невозмутимым видом отвечал Никита. Девушка осторожно посадила божью коровку к себе на палец.

– Лети, – великодушно разрешила она.

Открыв окошко, Ника дунула на палец, и божья коровка послушно взмыла в воздух.

– Почему их называют божьими коровками? – спросила Карлова, глядя вверх. – Их так назвали, потому что они очень милые и яркие?

– Потому что эти жуки могут давать молоко.