Ветер в кронах

— Чем я ещё могу тебе помочь? — поставила она на камни сковороду.

— Можешь рассказать что-нибудь о себе, — начал он раздавливать ложкой поджаренные семена, и пряный запах кинзы приятно защекотал в носу.

— Я же тебе уже всё рассказала, — Катя заглянула в пластиковое ведро. В него переместилась душистая смесь, сверху на нарезанный зелёный лук. — Росла, училась, переехала в Москву, снова училась, работала. Ничего интересного. Замужем не была. Детей нет.

— Капни немного, — показал он грязной рукой на бутылку с соевым соусом.

— А ты женат? — откупорила Катя пластиковую ёмкость и вылила немного коричневой жидкости вглубь ведра, в котором Андрей перемешивал мясо.

— Ещё, — убрал он руки. — Нет, не женат.

И трудно было сказать, удручало его то, что он не связал себя ни с кем узами Гименея, или вид собственных перепачканных рук — так задумчиво он на них посмотрел.

— Не сложилось? — рискнула Катя продолжить этот допрос.

— Да, можно и так сказать, — он показал пальцем на другую бутылку. Теперь с растительным маслом. — Не сложилось. Стеф! Сходи в машину.

— Давай, я схожу, — обернулась Катя к далеко убежавшей по берегу девочке.

— Давай, — легко согласился Андрей и встал. — А то до неё не докричишься. Ключи в кармане.

— Да уж, — пыхтела Катя. Засунуть руку в узкий и глубокий карман оказалось непросто. Исключительно в рамках вынужденных неудобств она обнимала Андрея за талию и скользила по его горячему бедру всё ниже и ниже. Он улыбнулся и только многозначительно качнул головой, когда Катины усилия по извлечению ключей всё же увенчались успехом.

— Там в кабине пакет. В нём банка от майонеза с жёлтой крышкой. В ней…

— Утка, — подсказала Катя. — В ней яйцо. В яйце игла.

— Да, пожалуй, неси всю коробочку, — снова улыбнулся он.

Кате так нравилось, когда Андрей улыбался. Его обаятельная, приятная, тёплая улыбка очень шла ему. Так хотелось вся время её видеть. Но парень вёл себя так сдержано, тактично и нейтрально, что Кате уже казалось, что она ему совсем не нравится.

И поднимаясь по крутому склону, она ругала себя за то, что, наверное, ведёт себя слишком назойливо. Как-то грубо, примитивно напрашивается, задаёт убогие вопросы и просто теряется, не зная, о чём с Андреем говорить. А так хочется знать о нём всё, но с её сегодняшней неуверенностью в себе, наверное, будет лучше молчать.

Уже выудив из пакета коробочку, она не удержалась и подошла к чёрному джипу, номер которого заслоняла другая машина.