Ветер в кронах

Шпиль была права, я воскрешу его. Хотя бы в книге.

Катя поставила тарелки в мойку и, уже открыв воду, поняла, что Андрей так и стоит на том же месте.

— Я переночую на диване в гостиной, — ответил он на её взгляд.

— Ты знаешь, мы с Димкой одно время спали и на одном диване, — улыбнулась Катя. — Вот как-то не выходит у меня с парнями по-другому. Только дружить.

Андрей помог Кате убрать со стола и даже взялся уложить Ваньку, который раскапризничался от усталости.

А Катя на цыпочках прошла мимо них в ту комнату, что теперь была отцовским кабинетом.

Погладила старый пластик холодильника, где она хранила принесённые Глебом продукты. Провела пальцем по ободку чашки, из которой он когда-то пил свой ядовитый кофе. Села на диван, на котором он иногда лежал. Да так и застыла, вспоминая, как он подшучивал над ней. Как наматывал на палец её волосы. Как целовал её в шею, прижимая к себе.

Андрей, вышедший из темноты внезапно, заставил Катю вздрогнуть.

Он кивнул, протянул ей записку с номером телефона и, ни слова не говоря, вышел.

— Алло! Стас? — трясущимися руками набрала Катя номер, даже не глянув на часы. — Это Катя. Катя Полонская.

— Сын?! — Стас моргал на Катино заявление, и это было единственное слово, которое он произнёс. Теперь он просто открывал и закрывал рот, как выброшенная на берег рыба, но ни один из вопросов, что, видимо, возникали у него, так и не задал.

Та же худоба. Те же торчащие уши. Только волос на макушке осталось меньше да вместо клетчатых шортов, в которых Катя запомнила Стаса, джинсы. Простые джинсы, без наворотов, без модных лейблов. Мятая футболка, словно перед встречей он просто вытянул первую попавшуюся из груды неглаженых вещей.

Катя ждала, что хозяин рыбзавода будет выглядеть поприличнее. Но только очень цельных личностей не меняют деньги. Стас оказался именно таким.

Они встретились на центральной площади у чудом сохранившегося памятника Ленину. На деревянной лавочке Катя сидела одна. Ванька уснул, и Андрей остался с ним в машине.

— Он проснётся, и ты всё увидишь сам, если вдруг мне не веришь. Он родился в прошлом апреле. Девять месяцев назад отсчитай сам.

— Я верю, верю, — отмахнулся Стас. — Просто как-то совсем неожиданно. Я даже не знаю, что сказать.

— Ничего не говори. Устрой мне встречу с Глебом, — пошла Катя ва-банк.

Стас вытаращил глаза, но совсем не так, как если бы это было невозможно. Посмотрел с удивлением, но не как на полоумную.

— Я же не медиум, — наконец пришёл он в себя и усмехнулся.