Красный вервольф

Кого-нибудь, кто пойдет забор обоссывать пьяный. А тут эти откуда-то появились. Я хотел убежать, но быстро не мог. Меня сегодня один из фрицев на площади сапогом поддых дал так, что до сих пор ребра ломит. За то, что я ему обувь не начистил как-надо. А у меня просто щетка от ваксы слиплась. Надо было новую купить, а он приперся, сел на стульчик передо мной и сапоги свои вонючие в морду мне сует, мол, чисти, свинья. Если бы не ребро, не догнали бы они меня.

— Так… Понятно. А сейчас слушай меня, Евдоксий, или как там тебя по-настоящему зовут?

— Рубин, — тихо пробормотал парень.

— Другое дело, — улыбнулся я. — Получается я угадал твое имя при первой нашей встрече. А сейчас слушай и запоминай. Если повезет, убьешь гада, а они потом десять мирных казнят. Сам можешь сгинуть, и других под удар подставишь.

— Тебе, хорошо, дядя. Ты смотрю на них работаешь, устроился жирно. А убийцы моей семьи живут и могилы моих родичей топчут. Чем ты лучше, чем они?

— Отставить ересь! Я разве говорил, что их не надо убивать?

Парень насторожился и внимательно на меня уставился.

— Их не то что убивать надо, каленым железом выжигать, — процедил я. — Но так, чтобы никто из своих не пострадал. Я знаю, как это сделать. Парень ты, смотрю, толковый. Если не трус и готов мне помочь, то я научу тебя, как гадов давить.

— Я?.. Да я! — цыган прижал кулак с ножом к груди. — Да ты только скажи, что делать! Я им зубами глотки буду грызть.

— Зубами не надо, наше главное оружие — это голова. Пошли, провожу тебя до дома.

— Так патрули же?

— Не ссы, у меня пропуск имеется, как раз на двоих. Только переоденься.

— Мы вернулись на улицу к дереву, где бросил коробки, я дал ему одну из рубах что выдали мне сегодня. Одежда оказалась не по размеру большая. Но не критично. Сейчас многие носили вещи не со своего плеча.

— А как мы их убивать будем? — нетерпеливо спросил цыган.

— Узнаешь, — многозначительно кивнул я. — А пока план такой… Все как всегда, работаешь на площади и не привлекаешь к себе лишних подозрений. Слушай, что вокруг люди говорят. Особенно полицаи, которые из русских. Подмечай и мне будешь докладывать.

— А где тебя искать? Как с тобой связаться?

— Придет время, я сам тебя найду на площади.

К дому Марфы я подошел, когда совсем уже полностью стемнело. Шел, стараясь не выронить ничего из рук, чертыхался под нос. Почти свернул уже во двор, но вовремя замер и отпрянул обратно.

Голоса. Во дворе кто-то тихо разговаривал. Я осторожно выглянул из своего укрытия.