Измена по-венециански

У меня не было времени, а тут еще Малоун трахнул меня затылком об пол.

— А пистолет, который был у Малоуна во дворце? Он-то уж точно был заряжен. Где он?

— В вертолете. Малоун поменял его на один из наших.

Зовастина задумалась, перебирая в уме возможные варианты действий.

— Нам нужно забрать из дома Линдси. Он — единственное полезное, что там осталось.

— А как быть с Малоуном и Витт?"

"— В доме их будут ждать мои люди, а уж у этих автоматы заряжены боевыми.

89

Сквозь открытую дверь Стефани смотрела на роскошную спальню, обставленную в итальянском стиле. В комнате было тихо, лишь снаружи, в коридоре второго этажа, слышалось однообразное механическое гудение. Они вышли из потайного прохода.

Разбрызгивая горючую смесь, по коридору мимо спальни проехала смертоносная «черепашка». В комнате висел густой смрад, а это означало, что самоходные роботы уже нанесли сюда визит.

— Быстро они работают, — заметил Торвальдсен, когда они двинулись к двери, ведущей в коридор.

Она хотела предостеречь, остановить его, но датчанин уже шагнул из спальни, но тут же прозвучал мужской голос, рявкнувший что-то на незнакомом языке. Торвальдсен застыл и медленно поднял руки.

— Один из солдат, — прошептал на ухо Стефани Эли. — Он приказал Хенрику остановиться и поднять руки.

Торвальдсен стоял лицом к охраннику, который, по всей видимости, находился справа и не мог видеть, что творится в спальне. Стефани была удивлена. Она полагала, что после того, как «черепашки» приступили к работе, солдаты покинули дворец. Снова быстрый поток непонятных слов. Стефани вопросительно посмотрела на Эли.

— Он хочет знать, один ли Торвальдсен.

Насквозь мокрые, Кассиопея и Малоун шли вниз по тропинке, ведущей с горы. Малоун на ходу застегивал рубашку.

— Мог бы сказать мне о том, что патроны в пистолетах холостые, — сказала Кассиопея.

— Когда я мог это сделать?

Он перепрыгивал через камни, торопливо спускаясь по крутому склону. Дыхание то и дело сбивалось. Сейчас особенно остро чувствовалось, что ему уже давно не тридцать. Однако даже в сорок восемь лет тело его еще оставалось в довольно приличной форме.

— Я не хотел, чтобы Виктор даже почувствовал, что мы что-то знаем.

— Мы ничего и не знали. Почему ты оставил свой пистолет?

— Нужно было принять его условия игры.

— Странный ты тип! — сказала Кассиопея, когда они оказались внизу.

— Из уст женщины, которая разгуливала по Венеции с луком и стрелами, это звучит как комплимент.

От дома их отделяло метров сто.