100 великих узников

О побеге отсюда помышлять и вовсе не приходилось, ведь даже в летнюю навигацию пароходы останавливались здесь крайне редко. Заходили они в Курейку только для того, чтобы забрать графит, который добывали за 60–70 верст от устья реки.

Выдержать Туруханку с ее ледяным климатом, снежными буранами, сырым и коротким летом, мошкарой, с ощущением таежной пустыни и трагической отдаленности от остального мира могли лишь очень крепкие люди, и многие уставали ждать и надеяться.

Туруханская ссылка была самым длительным вынужденным отрывом И.

 В. Сталина от революционной деятельности. В ссылке он держался замкнуто и сдержанно, ни с кем особенно не сходился, впрочем замкнутость эта была в природе его характера. Когда выяснилось, что в Курейке у него каким-то образом оказались все книги ссыльного Дубровинского, Ф. Захаров поехал к нему объясняться по этому поводу. Ю. Трифонов в своем романе ""Отблески костра"" пишет, что по воспоминаниям Р. Г. Захаровой, жены ссыльного, И. В. Сталин принял того так, как примерно царский генерал мог бы принять рядового солдата, осмелившегося предстать перед ним с какими-то требованиями. Возмущенный Ф. Захаров на всю жизнь сохранил неприятный осадок от этого разговора.

Одно время жить вместе с И. В. Сталиным пришлось Я. М. Свердлову, который позднее так писал об этом: ""Со мною грузин Джугашвили, старый знакомый, с которым мы уже встречались в другой ссылке. Парень хороший, но слишком большой индивидуалист в обыденной жизни… На этой почве нервничаю иногда"".

В доме, где поселились И.

 В. Сталин и Я. М. Свердлов, жили и хозяева, и потому там всегда было тесно. После короткого совместного проживания Я. М. Свердлов выразился уже резче: ""Мы слишком хорошо знаем друг друга. Притом же, что печальнее всего, в условиях ссылки, тюрьмы человек перед вами обнажается, проявляется во всех своих мелочах. С товарищем Сталиным мы теперь на разных квартирах, редко видимся""."

"Если каждая минута ссыльного Я. М. Свердлова была посвящена работе (он писал статьи, давал уроки, даже помогал на местной метеостанции), то И.

 В. Сталина как будто интересовали только охота и рыбалка, и угол комнаты, где они ютились, был забит капканами и рыболовными снастями. Правда, одно время И. В. Сталин хотел было заняться изучением эсперанто по учебнику, привезенному одним из ссыльных, но быстро охладел к этой затее. Жил он отрешенно и отчужденно, и отшельничество его нарушалось лишь редкими поездками к С. С. Спандаряну в село Монастырское.