100 великих узников

Только в ноябре король согласился вернуть де Саду свободу и то при условии, что тот покинет Париж и поселится в замке Лакост. Маркиз принял эти условия и даже убедил всех окружающих, что усвоил урок и отныне будет вести себя как примерный муж.

Третье заключение маркиза, вызванное неуплатой по векселям, продлилось всего несколько дней. В июне 1772 года он поехал по делам в Марсель, где снял квартиру на улице Капуцинов, и отправил своего верного слугу Латура на поиски девушек для очередной оргии. В Марселе разразился скандал, который мог бы положить конец эротическим похождениям де Сада и который вошел в историю под названием ""Конфеты со шпанскими мушками"".

В марсельскую полицию обратилась одна из девиц, заявившая, что маркиз хотел отравить ее и подружек конфетами и принуждал их к содомскому греху. Такие конфеты считались возбуждающим средством, и употребление их в сексуальных развлечениях не считалось преступным. Однако снадобье это было, тем не менее, ядовито и действие его напоминало действие мышьяка. Де Сад, конечно же, не хотел отравить девушек, но явно ошибся в дозах, когда готовил возбуждающее средство… За это преступление парламент Прованса приговорил де Сада к смертной казни через обезглавливание и последующее сожжение трупа. Но ему удалось бежать из-под стражи и улизнуть в Сардинию, причем не одному, а с родной сестрой жены. С того момента в его жизни не было более лютого и беспощадного врага, чем теща — президентша Монтрель. Она добилась от сардинского короля, чтобы де Сада арестовали и заточили в крепость Миолан…[55] [Подробнее о пребывании маркиза де Сада в этой крепости можно прочитать в книге ""100 великих замков""]"

"Маркиза де Сад организовала мужу побег, но иллюзии по поводу его возвращения в лоно семьи вскоре развеялись.

Маркиз долго скитался, меняя города и жилища, чтобы сбить преследователей со следа, но это вовсе не означало, что он утихомирился и стал вести порядочный образ жизни. Слухи о его сексуальных бесчинствах доходили до Франции, где президентша Монтрель тем временем заручилась тайным королевским указом на арест зятя. Как только маркиз оказался на родной земле, он тут же был арестован, и в 1777 году за ним надолго закрылись тюремные ворота Венсена.

В тюрьму узников доставляли обычно по ночам, чтобы не привлекать внимания. В камере помещались кровать, два соломенных (или деревянных) стула, грязный засаленный стол, на котором стояла кружка.