Варлок

Вообще, признаться честно, меня немного смутила та самоотверженность, с которой эти взрослые мужики собирались лезть под пули ради имущества своего молодого знакомого. Тем более что все эти закидоны о «распоясавшихся бандитах», «справедливости» и «честности» показались мне не особо искренними. Да куда там – во время нашего недолгого общения мне откровенно ездили по ушам разговорами, видимо рассчитывая на мой возраст и юношеский максимализм. А «Волдырь» вообще продолжал настаивать на своём непременном участии в вылазке даже после того, как согласился с тем, что их первоначальный замысел никуда не годится. Так что из всего этого я вынес только одно – мне банально не доверяли.

Что, в общем-то, правильно. Кто я для него – странный парень, вроде как друг племянника, а учитывая мою силушку, что там придёт мне в голову, когда ценный приз окажется у нас – неизвестно. С Деном же их связывают какие-то личные договорённости и совместное участие в не шибко легальном, но, похоже, прибыльном деле. Оставался, конечно, вопрос, для чего им идти на такой риск ради игровой карты, которая, насколько я понял, была всего лишь первой ласточкой в их будущем деле? Но тут как говорится: «хозяин-барин» и вообще – не моё это дело."

"Хвост за мной действительно был. Правда, работали подопечные Тимура без огонька. Больше похоже было, что мой подчинённый послал их следом за мной так – для галочки. Дабы окончательно не упасть в собственных глазах, ну и чтобы я не подумал о нём совсем уж плохо. Глупо, конечно, татарин должен был бы понимать, что за подобную опеку я могу и обидеться…

В любом случае трогать я их не стал. Подождал, пока все три тройки, идущие разными путями, благополучно минуют дом, на крыше которого я и расположился. Включив на телефоне «защищённый режим соединения» и антиопределитель номера, набрал тот, что дал мне для связи господин Косаримов. Несколько минут приятного во всех отношениях разговора с подчинённым, с предложением немедленно вернуться и повторно объяснить моему собеседнику условия нашего «партнёрства».

Тимур выслушал меня, проникся и, признав, что он просто «не мог не попробовать», пообещал впредь вести себя «хорошо». Я сделал вид, что поверил, он сделал вид, что поверил в то, что я поверил, и соответственно при достижении подобного взаимного доверия я повторно намекнул ему, что ему не стоит делать глупости, вроде попыток избежать наших дальнейших контактов, например, бежав за границу, потому как ничем хорошим для него это не закончится.