Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

Китсон бодрствовал — он курил и поглядывал на трейлер. Блеку и Джипо пришлось остаться в трейлере в компании двух мертвецов. Это были очень тяжелые часы.

Когда стемнело, Блек и Джипо пришли в домик. Толстяк был в ужасном состоянии. Он рухнул в кресло и закрыл лицо руками. Под глазом у него красовался синяк. Это Блек стукнул его, когда Джипо попытался сбежать из трейлера по дороге в Фаун-лейк. Он стал кричать и биться о стенки прицепа. Казалось, он потерял рассудок. Блеку пришлось здорово стукнуть Джипо, иначе невозможно было привести его в чувство. Опомнившись, Джипо опустился на пол трейлера и сидел там вялый и молчаливый. Те семь часов, которые они с Блеком провели в трейлере, дожидаясь темноты, при закрытых окнах, чтобы не налетели мухи, вряд ли когда-нибудь изгладятся из их памяти.

Блек и Китсон ушли в лес, чтобы найти подходящее место, где похоронить Моргана и Томаса. Джипо перед отъездом прихватил с собой лопату, и теперь она пригодилась — Блек и Китсон принялись по очереди копать могилу. Они работали молча при свете луны. Оба нервничали, потому что оттуда, где они находились, было видно залитое лунным светом озеро и скользящие по нему лодки. Были слышны и далекие голоса. Однажды им пришлось лечь на землю — поблизости прошла влюбленная пара.

Только после полуночи они закончили работу, утоптали и загладили землю, тщательно покрыли ее листьями и хворостом. К этому времени они до того измучились, что насилу добрались до домика.

Джинни сидела в кресле, держа на коленях пистолет, она караулила Джипо, уснувшего на кушетке.

Блек запер дверь. Потом подошел ко второму креслу и почти упал в него. Китсон сидел на стуле. На его лице, бесцветном, как кусок застывшего бараньего жира, все время дергался какой-то мускул.

— Что-нибудь тут было? Неприятности? — спросил Блек, обращаясь к Джинни.

Девушка была очень усталой. Под глазами у нее пролегли темные тени. Она уже не казалась такой красивой, но голос ее, когда она ответила, прозвучал твердо:

— Нет. Только он все время талдычил, что хочет домой.

— Как только он откроет сейф, может убираться ко всем чертям!

При звуке его голоса Джипо зашевелился и открыл глаза. Щурясь от света, он огляделся и, обнаружив, что все смотрят на него, скинул ноги с кушетки и сел. Лицо его вытянулось.

— Эд… Я бросаю это дело, — слова словно выплескивались из него. — Я отдаю вам свою долю. Я все обдумал. Я больше не хочу участвовать в этом. Возьмите мою долю и отпустите меня.