Весь Чейз Джеймс Хэдли в одном томе

Когда миссис Морели-Джонсон поставила подпись, он сказал:

— Разве вы не знаете? Мистер Вейдман улетел в Нью-Йорк этим утром. Я встретил его незадолго до отъезда. Он вернется лишь в понедельник.

Миссис Морели-Джонсон огорченно всплеснула унизанными кольцами сухонькими руками.

— Вот видите. Что ж, придется ждать, но все же принесите мне завещание завтра. Крис, пожалуйста, — она улыбнулась. — После всего, что вы сказали, я поняла, что это действительно не так срочно. Ведь я не собираюсь умирать завтра.

— Совершенно верно, — хрипло ответил Петтерсон.

— А не выпить ли нам? Думаю, немного шампанского нам не повредит. Сейчас я позову Шейлу.

Для Петтерсона это было уже чересчур. Он поднялся.

— Пожалуйста, простите меня. Я очень занят в это время, так что нужно бежать.

Он поцеловал ей руку, еще раз выслушал благодарность за орхидеи и покинул ее. Проходя через гостиную, он услышал, что старая леди включила магнитофон.

Шейла ждала в вестибюле. Она кивнула в сторону своей спальни. Пройдя туда, он обнаружил Бромхида сидящим в кресле.

Шейла осталась в вестибюле, на тот случай, если ее позовет миссис Морели-Джонсон.

Петтерсон закрыл за собой дверь.

— Она спрашивала меня о завещании, — сказал он, пытаясь скрыть панику. — Нотариальному отделу это может показаться подозрительным. Кто спрашивает завещание два раза за три недели… В этом нет никакого смысла. Заведующий отделом может позвонить ей.

Бромхид кивнул. Его спокойствие несколько уменьшило панику Петтерсона.

— Зачем ей понадобилось завещание?

— Она хочет оставить Шейле пятнадцать тысяч долларов. И, что главное, желает, чтобы необходимую статью в завещание внес Вейдман. Я пытался ее отговорить, но безуспешно.

Бромхид некоторое время смотрел на него, затем вновь кивнул. Его спокойствие начало раздражать Петтерсона.

— Это в самом деле так? — спросил Бромхид.

Петтерсон покачал головой.

Петтерсон ударил кулаком по ладони.

— А что мне еще можно было сказать? — вспылил он. — Я в любом случае должен был воспрепятствовать ей связаться с адвокатом.

— Тоже верно. — Бромхид некоторое время думал. Завтра двадцать первое. Ему стало ясно, что он спланировал операцию на самый последний момент. — Не предпринимайте ничего… Ждите.

— Ничего не делать? — Петтерсон недоверчиво смотрел на него. — Что за ерунда? Нужно что-то предпринять.

Бромхид махнул рукой, показывая, что надо говорить потише.

— Вы получите свои сто тысяч годового дохода, — спокойно сказал он. — Все остальное не должно вас беспокоить.