Тёмные не признаются в любви

Без корсета, возмутительно приталенное, зато со скромным клиновидным вырезом на груди, творение Таркала должно привлечь внимание. Высокая, немного небрежная прическа, макияж с акцентом на глаза… Я собралась быстрее Мадлен. Дольше всего колебалась: надевать коллар или он неуместен рядом с медальоном? В итоге решилась – и роскошное ожерелье из трех ниток черного жемчуга плотно обхватило мою шею. Стального цвета артефакт на длинной цепочке смотрелся рядом с ним гармонично.

Поглаживая за ушами разомлевшего шмыря, поинтересовалась у соседки, нужна ли помощь.

Мадлен пыталась самостоятельно надеть изумрудное, явно под цвет волос выбранное платье, в гордом одиночестве сражаясь с крючками на спине.

– Помоги, – наконец со вздохом согласилась она.

Снимать очки, делать прическу из коротких, жестковатых локонов или хотя бы подчеркнуть губы помадой девушка не пожелала. У меня дико руки чесались привязать ее к стулу и самой привести в порядок. Уверена, шмырь не возражал бы и спасать хозяйку не бросился бы. Увы, мы и так опаздывали, да и страшно к чему-либо принуждать знающую яды девушку, пусть даже ей и на благо.

Захватив из-под кровати внушительный чемоданчик, наверняка набитый всевозможными склянками и коробочками для демонстрации таланта зельевара, Мадлен сообщила, что можем идти.

Через четверть часа мы уже входили в триумфальный зал, на сцене которого конкурсантка вдохновенно играла на скрипке.

– Леди, вы опоздали и пропустили шесть чужих номеров, – укорил Грегерсон. – Элея, вы выступаете сразу после скрипачки. Мадлен, ваш номер предпоследний.

– Мой щит готов?

Вампир кивнул.

Я удивленно посмотрела на невозмутимую соседку. Какой щит? Разве он нужен для показа зелий? Ничего не пойму, а спрашивать уже некогда."

"Увидев за кулисами брюнетку в белом платье, я сразу признала в ней Мирэл и по-настоящему обрадовалась. Она продолжает петь, значит, столкновение с Голодом, беглым приспешником Неназываемого бога, не сломило ее.

– Госпожа Мирэл? – на всякий случай уточнила я.

– Леди Элеяра? – В темных глазах брюнетки вспыхнул интерес. – Я безумно счастлива работать с вами!

Подобный восторг насторожил, но оказался объясним: ей рассказывали о моем выступлении в «Полнолунии».

– Я надеюсь, вы поразите давелийцев и сегодня, леди.

Давненько меня не окунали в море восхищения, тут волей-неволей выложишься, чтобы не разрушить чужую веру.

Мирэл подготовила известную песню о битве, случившейся больше ста лет назад, о так называемой Снежной сече.