Человек-невидимка в стразах

Я попыталась пошевелить ногами, но они больше не повиновались хозяйке.

– Валится вниз! – сиреной вопила Мусенька.

Я попыталась сползти с сиденья, но крепление цепко держало за талию.

– А-а-а! – перешла на ультразвук толстуха.

Я зажмурилась и втянула голову в плечи. Вот он, конец. Интересно, насколько подпрыгнут вверх продажи книг Арины Виоловой после того, как пресса сообщит, что писательницу размазало по тренажеру?

– Мама-а-а! – взвыла Мусенька.

И воцарилась тишина.

Я осторожно приоткрыла один глаз, потом второй. Муся стояла лицом к стене, закрыв голову руками. Кожаный пояс, удерживавший меня на седле, сам собой расстегнулся. Трясясь мелкой дрожью, я слезла с тренажера и посмотрела вверх. Железная плита висела довольно низко, но до моей головы ей было далеко. Очевидно, в тот момент, когда у клиента заканчиваются силы, груз стопорится, и тренажер автоматически отключается. В общем-то, это логично: если насмерть давить каждого человека, не способного к интенсивной физической нагрузке, то очень скоро фитнес-индустрия умрет.

– Жива… – заплакала Мусенька, оборачиваясь.

– А ты сомневалась? – попыталась я усмехнуться, сделала шаг и чуть не упала.

– Вау, – прошептала толстушка, – с тебя джинсы сваливаются… За десять минут так похудела! Крутой тренажер! Хочу туда!

– Может, завтра? – предложила я.

– Ну уж нет! – загорелась Мусенька.

– Боюсь, у меня сейчас не хватит сил тебя подсадить, – призналась я.

– Сама залезу! – фыркнула толстушка. – Уцеплюсь вон за ту бандуру.

Прежде чем я успела сообразить, какую «бандуру» она собирается использовать, Мусенька ухватилась за ярко-красный рычаг, торчавший из стены и… ба-бах! В комнате на секунду очень ярко вспыхнул свет, потом все погрузилось во тьму.

Натыкаясь на железные конструкции и пару раз весьма больно ударившись о какие-то приспособления, мы с клиенткой выползли в коридор, а затем вышли на улицу. Мусенька открыла свою сумку, достала оттуда длинный сверток, нервно развернула его, и я увидела сандвич из целого багета. Между двумя половинками хлеба виднелся толстый слой масла, ломти колбасы и сыра.

– Что ты делаешь? – возмутилась я, глядя, как Муся жадно кусает бутерброд.

– Проголодалась на нервной почве, – с набитым ртом объявила дама, желающая без проблем входить в свой маленький лифт, – как представила, что тебя могло прихлопнуть, бешеный аппетит обуял. Хочешь кусочек?

Я поддернула падающие джинсы.

– Нет, спасибо. Меня, наоборот, от еды отвернуло.