В тени пирамид

– Надо же! Неужто тогда и заучили?

– Нет, само собой запомнилось.

– Я всегда восхищался вашей памятью и вообще… способностями… Жаль только, что все пассажиры разбежались, и мне будет трудно отыскать убийцу скрипача и хориста раньше вас.

– Жизнь непредсказуема. Ничего нельзя исключать. Может, вы поделитесь со мной своими соображениями?

– Нет, – покачал головой монах, – тогда вы сразу обо всём догадаетесь и найдёте злодея первым.

– Что ж, я буду рад за вас, только чувствую, дружище, что вы не совсем осознаёте, какой опасности себя подвергаете. Злоумышленник понимает, что ему светит бессрочная каторга, и потому пойдёт на всё, чтобы избежать наказания. Так что не вздумайте читать проповеди подозреваемому. Просто укажите мне на него. И тогда в дело вступят местная полиция и российское консульство.

– Вы недооцениваете такие понятия, как исповедь и покаяние, а зря.

– Душегубам они чужды.

– Так надо им разъяснять, беседовать… А как же иначе достучаться до сердца, заросшего коростой грехов?.. А вы, случаем, не знаете, в каких гостиницах собираются остановиться пассажиры первого класса?

– Как-то за столом зашёл об этом разговор, и египтолог Батищев, уже не раз бывший в Каире, советовал всем отель «Нил». Но последуют ли его совету пассажиры, сказать трудно.

Возница остановил коляску и принялся отвязывать чемодан Клима.

– Как видите, Ферапонт, я уже приехал, – выговорил Ардашев. – Прямо перед нами – российское императорское генеральное консульство. Это квартал Исмаилие – европейский район. Кстати, если не обманывает путеводитель, неподалёку расположен и отель «Нил». А церковь Святого Николая построена в азиатском квартале Эль-Хамзави. Там живут только арабы. Кучер вас туда и доставит. Я отдал ему деньги ещё при посадке. Так что ничего не платите. И мне вы тоже ничего не должны. Позвольте пожать вам руку.

Ответив на рукопожатие, монах спросил:

– А когда мы займёмся арабским?

– Как только у меня появится свободное время, я тотчас же вас навещу. До встречи, дружище!

– Храни вас Господь!

Проводив взглядом удаляющийся экипаж, Ардашев зашагал к воротам российского консульства.

В открытые окна вместе с мухами врывался горячий африканский осенний ветер. Клим сидел перед столом генерального консула и движением головы сопровождал вышагивающего по просторному кабинету Александра Ивановича Скипетрова, который, заложив руки за спину, уже четверть часа читал вновь прибывшему драгоману пространную лекцию о международном положении на севере Африки.