Новенькая в академии

– Тихонько бормочу, и ощущаю только, как меня впечатывают в себя еще сильнее, - это единственное место, где я могу получить ответы…

- Слишком большой риск, - хрипло выдыхают мне в волосы, и я закусываю губы, чтоб не дрожали.

- Я чувствую, что смогу. Пожалуйста, Мик, поверь мне – все будет в порядке. Поверь… В меня.

Мик обхватывает, всю целиком сжимая в сильных руках, а затем так же быстро и резко отпускают, чтобы заглянуть в глаза.

- Запрещаю тебе даже думать об этом.

Он зажимает мои щеки двумя ладонями, задирает голову вверх – и почти касается моих губ своими, произносят четкие, бьющие по сознанию слова:

- Я обещал, что буду помогать и защищать тебя.

И сделаю все, чтоб ты получила ответы – но не ценой твоей жизни! Так что хватит молоть чушь – мы возвращаемся…

- Ребята! Кто-то идет! – неожиданно прерывает нас Дерен, и мы, как по команде, замолкаем, напряженно вслушиваясь в темноту.

Сперва все тихо, а затем я слышу легкие шаги за дверью кабинета, и звяканье ключей по ту сторону.

- Сейчас же под стол, - так тихо, как только возможно, произносит мне в ухо Мик, и подталкивает в нужную сторону.

Я кидаюсь в укрытие, боковым зрением замечая, как остальные бесшумно разбежались по кабинету, и в момент, когда сама скрываюсь под столом, дверь отпирают. Напряжение и стучащая кровь в висках заставляют прикусить указательный палец, чтоб не упасть в обморок от страха, а шаги по кабинету отдают в ушах, подобно раскатам грома.

- Хм… Видимо, послышалось, - через пару минут доносится голос нашего смотрителя, и я чуть ли не вслух стону от облегчения.

Хвала небесам, это не Ледяной, который вернулся раньше обещанного! Я осторожно выглядываю из-за стола, замечаю спину смотрителя, и закрывающуюся за ним дверь…

Едва ключ в замке начинает проворачиваться, я как можно быстрее срываюсь с места, и почти впрыгиваю в находящийся рядом камин. Успеваю заметить, как за мной вылетает Мик, с лицом, выражающим все мыслимые кары в мире, а в следующий момент вокруг вспыхивает огонь – и от страха я проглатываю рождающийся в горле крик.

Холодный. Этот огонь – холодный.

Я выныриваю из пламенных языков, ступая на каменный пол без всякого намека на коврик, и спешно оглядываюсь.

Если бы я проектировала апартаменты Ледяного, то у меня получилось бы примерно подобная комната. Большая, закругленная, с огромными окнами во всю стену – здесь будто присутствовало то самое утонченное величие, что сопровождало самого ректора.