Версальский утопленник

С каждым его словом изумление Ленуара возрастало. Когда он умолк, генерал-лейтенант на минуту задумался и смущенно, словно стесняясь, произнес:

— Я в курсе дела Симона. Мне приятно слышать, что вы заключили мир с Сартином. Однако, зная вас обоих, боюсь, как бы новое недопонимание в определенных вопросах…

Честный Ленуар умолк, явно подыскивая подходящие слова.

— Надо вам сказать: в тот момент, когда был отдан приказ о высылке Симона за пределы королевства, министр распорядился…

— Сударь, я слишком долго знаю господина де Сартина, чтобы не догадаться, что произошло дальше. Он поручил своим людям сопровождать Симона, одновременно приказав им позволить ему бежать при первой же возможности.

— Но откуда вы знаете?

— Простая дедукция, — с улыбкой ответил Николя, — я уже снял траур, а потому не собираюсь портить нашу дружбу придирками к таким, в сущности, мелочам.

— Вы же знаете, помимо париков у него есть еще любимые игрушки. Он не желает входить в детали, но тотчас взвивается, узнав, что ему о них не доложили, и все время гонится сразу за несколькими зайцами!

Поблагодарив начальника полиции за полезные сведения, Николя попросил выделить ему людей, так как преступник, скорее всего, скрывается в Версале; просьба была немедленно удовлетворена. Зная, что значит работать с сетью агентов, Ленуар также вручил ему письмо в казначейство, позволявшее следователю по особо важным делам в случае необходимости действовать при помощи звонкой монеты. Отправившись в конюшню, Николя попросил оседлать ему Резвушку. Кобыла, как всегда, встретила его радостным ржанием и весело забила копытами. Он нежно погладил ей веки, она в ответ фыркнула ему прямо в шею. Совершив привычный ритуал, он вскочил в седло и пустился в путь."

"Перебравшись через Сену, он выехал на песчаную дорогу, ведущую в Версаль. Жадно глотая свежий воздух, он пустил коня в галоп и попытался выкинуть из головы все удручавшие его мысли. Однако новый поворот в расследовании не давал ему покоя. Наличие у Винченцо Бальбо брата-близнеца давало ответы на многие вопросы, до сих пор остававшиеся загадкой, но не на все. Новая развязка казалась слишком простой, не соответствующей сложности дела и той жестокости, с которой совершались убийства.

Как обычно, он заехал в Фос-Репоз, в особняк адмирала д’Арране. Обрадованный его скорому возвращению, Триборт поинтересовался здоровьем Плутона. Адмирал все еще находился в Бресте: он принимал участие в военном совете.

— А мадемуазель? — спросил Николя.