Хозяин урмана

— Принял, — раздалось в наушнике. — Отправляйтесь на базу.

Человек направился к парковке, оседлал легкий скутер «Кавасаки» и рванул на бешеной скорости в том же направлении, что и кавалькада внедорожников.

Ровно в полдень на столе Тимофея Зырянова, редактора отдела новостей газеты «Томский вестник» проснулся телефон. Тим внимательно прослушал мелодию из популярного некогда сериала о Шерлоке Холмсе до конца и только потом снял трубку.

— Алё! Тимоха?.. — заорал в наушнике знакомый хрипловатый голос. — Ты там?

— Нет, — зловещим громким шепотом откликнулся Зырянов, — Тимофей Сергеевич умер сегодня утром. Прямо на рабочем месте.

— Прикалываешься, мужик? — настороженно сбавил тон собеседник. — Как это — умер? От чего?!

— Наш коллега скончался от неизбывной тоски и потери жизненной энергии, — прошелестел Тим. — Его погубило полное отсутствие мало-мальски значимых событий в нашем городе…

— Так! — В голосе из трубки окончательно вызрела обида. — Зырянов, или кончай прикидываться, или я за себя не отвечаю!

— Ладно, Юрик, не напрягайся. Я пошутил, — поспешно перешел на обычный тон Тим. — Чего случилось-то?

— А вот как раз по твоей части случилось. Трест «СНГ» знаешь?..

— Уши гну!.. Сегодня там встретили нового хозяина!

— Круто. И кто же он?

— Некто Артур Михайлович Беров.

— Да хоть Иван Абрамович Шмайссер! — цинично хмыкнул Зырянов. — Мне это имя ничего не говорит.

— А зря, — ядовито парировал Юрик. — Господин Беров в топ-рейтинге журнала «Форбс» уверенно держится в первой четверти. Так сказать, владелец заводов, газет, пароходов. А теперь еще и нефтяного треста!

— Я одного не пойму, Спицын, — Тиму вновь стало скучно, — чего ты так возбудился-то? Ну, приехал новый пахан свои угодья осмотреть — и что?

— Тимоха, да ты там совсем мхом зарос! — приятель аж задохнулся. — Ты вообще в курсе, что «Сибирьнефтегаз» без пяти минут банкрот?

— Серьезно?! Тогда действительно — с чего бы такому толстосуму вкладываться в труп?

— Наконец-то дошло!..

— А ты ничего не напутал?

— Тоже неплохая идея…

Зырянов бросил трубку, не дослушав ответной колкости Юрика. Знакомое состояние предчувствия тайны уже овладело прожженным журналистом. Спицын, конечно, друг, но слава дороже. А то, что назревает как минимум сенсация краевого масштаба, Тимофей даже не сомневался — у Юрика нюх на подобные дела.