О чём книга «Sindroma unicuma. Эпилог»
Живой ветер весны шевелил листьями, создавая ощущение невесомого пуха. Мэл предпочитал приоткрывать окно на ночь, чтобы целый мир жизни и цветения вторгался в его комнату — зеленая стихия зашумела сочной листвой и свежим миндалем. Судебный процесс над Ромашевичевским и Эльзой Штице происходил под напряжённым любопытством прессы, как будто каждое слово их разговоров уже стало историей....— Сейчас поедем или до завтра потерпит?
— Потерпит, — согласился мужчина. — Не забудьте свои документы и… супругу.
Напоследок обозрел нашу троицу, сел во внедорожник и тронулся неторопливо. А мама судорожно вздохнула.
______________________________________________________
кат* (устар.) — заплечных дел мастер, надзиратель, надсмотрщик, истязатель
luxi candi*, *, люкси канди (пер. с новолат.) — световой сгусток
ДП, дэпы (разг., жарг.) — Департамент правопорядка
47"
"А потом игра в дачную жизнь закончилась, и началась жизнь деревенская, физически затратная. Покончив со стиркой и прополкой, мы отправились к деду Митяю. Поскольку общейка — дело совместное, то и труд — коллективный, а по отдаче и результат. А у Дмитрия Ионовича созданы все условия: и птичник есть, и погреб, и сарай, и сеновал, и амбар, и клеть для слесарных и хозяйственных работ. И пусть дерево посерело от времени, постройки добротные и не протекают.
Но сперва я наведалась к Тамаре, вдове. Муж намылился сопровождать меня в качестве группы поддержки, поэтому пришлось отговаривать его долго и упорно. Тамара — одинокая женщина с двумя детьми и, к тому же, невидящая, — убеждала я. Единственный вред, который она сможет мне причинить, — словесный. Например, вздумает оскорбить.
— Гош, я прожила на белом свете больше двадцати лет, не зная о синдроме. И ничего, справлялась. А здесь вообще раздолье. Висоратов на побережье — по пальцам пересчитать. Для защиты у меня есть Коготь Дьявола, — покрутила рукой, напоминая о кольце.
Егор согласился с большой неохотой. Он силился найти достойную причину, чтобы не отпускать меня в одиночку, но так и не придумал.
Дочки Тамары обирали гусениц с капусты, а хозяйка обтяпывала картофельные кусты, с натугой разгибаясь и подолгу отдыхая.
— Потянула спину, — пояснила она на вопрос о причине болей. — Сено ворошила да в копну сгребала. Без Данилушки-то совсем тяжко, на нём всё хозяйство держалось. Ума не приложу, что делать. Дров в обрез, сена заготовлено мало. В общейку не возьмут, о ней по зиме сговариваются. Да и кому нужна обуза? — кивнула она на дочек. — В Магнитке ценятся мужские руки.
— Попробуйте с дедом Митяем скооперироваться… объединиться, — пояснила я непонятное слово.
— Совестно мне. Старики и так из последних сил тянут хозяйство. А меня брат зовет в Русалочий, ткачихи там нужны. Но разве ж уедешь вот так, с бухты-барахты? Жалко бросать нажитое, а перевозить не на чем. Пока уборочная не кончится, голова не даст подводы.
