На улице Мира

– И тебе не скучать, – вздохнула я, выбираясь на первый этаж."

"Как я и предполагала, в первый день лета Степан Иванович со своим аккордеоном так и не появился. Я специально распахнула окна своей комнаты, которые выходили во двор. Но не услышала ничего, кроме кошачьих воплей и детских криков. Позже даже ноутбук притащила на подоконник, чтобы не пропустить звуки аккордеона. Не верилось, что на улице Мира больше не будет играть музыка…

Позже я пристала к Ирке, чтобы та узнала у мамы, все ли в порядке со Степаном Ивановичем. Сама спускалась к нему пару раз, но мне никто не открыл.

Третьякова успокоила меня через пару дней. Сказала, что мужчина жив и здоров, и дела у него идут просто отлично. Младший внук купил недвижимость в Крыму и увез Степана Ивановича к морю почти на целое лето.

– А ты собираешься в лагерь? – спросила я у Иры по телефону.

Ирка промычала что-то невнятное, а за пару дней до поездки огорошила меня сообщением в ВК: «Я никуда не еду». Написала и вышла из сети.

Тогда я, недолго думая, отправилась к Третьяковым. Дверь мне открыл мрачный Даня.

– Слава богу, ты пришла! – Парень тут же втянул меня в квартиру. – Эта придурочная со вчерашнего дня с ума сходит.

– Что случилось? – запаниковала я.

– Вадик долго гасился, а вчера объявился. Для того, чтобы Ирку бросить.

– А-а-а, – протянула я.

Вдвоем мы уставились на закрытую дверь Иркиной комнаты.

– Но почему она мне сразу ничего не рассказала?

– Она уже на меня сорвалась. Сказала, что поддержки от нас не ждет, одно лишь: «Мы же говорили!»

А мы с Даней, действительно, говорили. Этот Вадик сразу на нас не произвел хорошего впечатления. Конечно, внешностью парень обладал сногсшибательной – высокий голубоглазый блондин. От такой приторной смазливости даже зубы сводит. Вот бы ему еще характер мужественный. Вечно обижался на Ирку по пустякам, а она за ним бегала…

Даня внимательно оглядывал мое лицо в темном коридоре.

– Ну? Что? – не выдержала я. – Мой синяк уже прошел.

– А Иркин фонарь еще светится, – хмыкнул Даня. – Она когда ночью попить на кухню идет, дорогу себе освещает.

Вообще, в том, что нас отмутузила сумасшедшая Амелия Циглер, не было ничего смешного.

– Тебе Ира рассказала или Никита? – Я ткнула пальцем в свою некогда разбитую бровь.

– Никитос в курсе? – искренне удивился Даня.

Странно, значит, Никита утаил нашу встречу в деревянном домике.

– Вдруг вся школа уже в курсе, – проворчала я, наклоняясь, чтобы развязать шнурки.

– Нет, мне Ирка рассказала.