Операция: «Украсть душу»

Подползла к ней и вскрикнула от неожиданности, потому что голова Тино-фея появилась будто из пустоты:

– Здесь надо передвигаться осторожно, я подержу тебя за руку, выбирайся из лаза и активируй ходунки. Ничего не бойся, я рядом, подстрахую.

Его голова опять исчезла, осталась только протянутая ко мне рука. И я, вложив свою ладонь в его, подтянулась к выходу. И обомлела, обозрев огромное помещение. Мы словно попали внутрь гигантского яйца, внутренняя поверхность которого – стены, пол, потолок – покрыта светящимися «пупырышками». В центре, как в невесомости, парила платформа: мощное с виду квадратное основание со странным, будто бы стеклянным кубом с клубящимся в нем, подобно густому туману, золотистым светом. И все, больше ничего в этом странном ангаре не было.

– Это и есть сердце улья? – растерянно вырвалось у меня.

– Да, – последовал лаконичный и бесцветный ответ Игла. А потом нетранец все-таки поторопил меня: – Выбирайся наружу и выпускай ходунки. Цепляйся ими за стены, по-другому до платформы с главным терминалом управления не добраться.

– Прямо как в сказке о Кощее Бессмертном, смерть на конце иглы, та в яйце, яйцо в утке, а утка… – пробормотала я и осеклась, выглянув из дыры.

Ходунки, на которых предстояло передвигаться, – это нечто! Зато стало понятно, зачем у меня на спине прикреплен «чемодан без ручки» из разряда нести тяжело, а выкинуть нельзя. Тино-фей с Иглом походили на пауков: из их «чемоданов» торчали длинные многосуставчатые лапы, которые непонятным образом цеплялись за гладкую блестящую стену с еще более непонятными светящимися выпуклостями. Страшно! Пришлось собрать силу воли в кулак и послушно выбраться наружу. Тем более Адис меня подтолкнул в зад.

Мысленно вопя от страха, ведь выход из норы оказался на высоте метров тридцать от пола, ну прямо как с крыши девятиэтажки смотришь вниз. Дальше я повисла на руке Тино-фея, и вскоре мне удалось выпустить дополнительные конечности и закрепиться на стене. Через минуту рядом закрепился бледный Адис. Облизнув губы, он со смесью восхищения и горькой насмешкой, скорее, над собой, признался:

– Твои эмоции захлестывают так, что от них не закрыться! Сложно понять, как ты в этом ужасающем состоянии продолжаешь двигаться дальше. Я сам сейчас под твоим эмоциональным давлением с трудом выбрался… страшно было.

– Ты заглянул внутрь женщины, теперь знаешь: каково это – быть нами! – шмыгнув носом от подступающих слез, улыбнулась я.