Адъютанты удачи

Но он был осторожен, и мы не смогли ничего обнаружить. И тут нам стало известно, что некий господин по имени Эпине-Брокар ведет переговоры с видным представителем бонапартистов, маркизом де Ларошжакленом, утверждая, что у него имеется некая информация, за которую Ларошжаклен, не задумываясь, отдал бы все, что у него есть. Эпине-Брокар намекнул, что человек, которого маркиз так оплакивает, на самом деле жив. Также нам стало известно, что доказательства сего хранятся в некоей шкатулке.

– Мы обратились к господину графу, здесь присутствующему, – перехватил нить повествования англичанин. – Так как он известен… гм… определенными талантами, мы поручили ему за солидное вознаграждение выкрасть шкатулку, сказав, что там находится нечто, представляющее огромную ценность. А этот господин, – Монтегю презрительно покривил губы, – непонятно почему решил, что шкатулка имеет отношение к сокровищам короны, и захотел прикарманить содержимое шкатулки. Этого нельзя было допустить. Мой брат был приглашен на бал масок к Эпине-Брокару, а я сопровождал его туда, переодевшись лакеем.

– Не сомневаюсь, что форма лакея была вам чрезвычайно к лицу, – не удержавшись, съязвил Алексей.

– И тут в дело влезли вы, – проигнорировал его замечание англичанин, – и, само собой разумеется, все испортили.

– Сами виноваты! – раздраженно бросил ему Новосильцев. – Если бы ваше правительство своевременно поделилось информацией с нашим…

– Отношения моего правительства с вашим не таковы, чтобы мы могли откровенничать друг с другом, – сухо отозвался англичанин. – Откуда нам было знать, как вы используете полученные сведения? Австрийцы, например, тоже знали, что Наполеону удалось скрыться со Святой Елены, и деятельно помогали нам в поисках, не имея никаких задних мыслей, в отличие от вас.

– Да как же вы не понимаете, что мы никак не меньше вашего заинтересованы в том, чтобы похоронить корсиканского монстра раз и навсегда? – вспылил Серж. – Вы допустили ошибку, непоправимую ошибку! Если бы мы не поймали лакея, передававшего вам сведения о перемещениях Каверина и Серовой, вы бы и дальше продолжали морочить нам голову!

– Теперь уже поздно говорить об этом, – буркнул англичанин. – Мало того, что ваши люди, которые ни о чем не знали, встали у нас поперек дороги, так еще в дело ввязался и старый Видок, решивший, что шкатулка как-то связана с поручением, которое ему дал король.

– Одну минуточку! – вмешался в разговор Алексей.