Дрянной учитель

Неужели это нужно объяснять?

— О, да ладно… — мужчина хватает меня за запястье, когда я отступаю.

— Не трогай меня.

— В чем твоя проблема? — кривится он. — Перестань вести себя, словно тебе не интересно. Я знаю, что у тебя нет парня. Зачем еще приходить в этот бар в одиночку?

— Это не твое чертово дело. А теперь дай мне пройти. — Каждый раз, когда я пытаюсь протиснуться мимо него, он толкает меня обратно в уборную, пока за нами не закрывается дверь, и я не остаюсь один на один с мужчиной вдвое больше меня.

— Уйди, — рычу я.

— Или что? — приближаясь, смеется он.

Я быстро роюсь в сумочке и достаю перцовый баллончик, который мама просила меня носить.

— Или я воспользуюсь этим.

— Оо... мне должно быть страшно? — качает головой мужчина.

Из-за страха, что что-то случится, я также хватаю телефон и набираю номер Томаса, который вбит в быстрый дозвон. Это первый номер, который я туда внесла после...

— Дай сюда, — мужчина внезапно надвигается на меня и тянется к моей руке.

— Отвали от меня! — кричу я, пока мы сражаемся за перцовый баллончик.

Тем временем я слышу крик Томаса на заднем плане.

— Хейли? Хейли?

— Томас! Помоги! — кричу я, и в самый пик ситуации мне каким-то образом удается сказать ему, в каком баре я нахожусь. Секунду спустя меня толкают так сильно, что я падаю на пол.

— Сука, — рычит он, плюясь на пол. — Хотела распылить на меня сраный перцовый баллончик?

— Держись подальше! — говорю я, отползая назад.

— Да нахер это, — он отбрасывает баллончик далеко в угол, и его взгляд останавливается на мне. — Я дарю тебе хороший бесплатный коктейль и вот такое «спасибо» получаю в ответ? Я должен был по крайней мере заслужить поцелуй, но если ты ведешь себя так... Я возьму намного больше, чем это.

— Нет! — кричу я, пинаясь, когда он подходит ближе. Пытаюсь выбить его из равновесия, но, когда он хватает меня за горло, мне с ним не тягаться. — Да ладно, маленький поцелуй за беспокойство, и я, может быть, тебя отпущу.

Когда его губы приближаются, я собираюсь со всеми силами и ударяю его в бок, заставляя вздрогнуть и выровняться.

— Чертова сука, — кашляет он, почти задыхаясь от собственных вдохов. — Ты, блядь, ударила меня.

Я использую последние силы, чтобы огреть его по голове и опрокинуть на спину, а затем наношу еще один удар прямо по яйцам.

Он воет не хуже гребаного волка, и, пока прижимает ладони в своему паху, я бегу к двери. Жаль, что меня хватают за ногу на полпути.

— Ты никуда не пойдешь.

— Отпусти меня! — кричу я.