Закон ученого

– Ну рискни, – улыбнулась Рут. – Если, конечно, тебя не остановит то, что когда-то я была разумной обезьяной.

– Мы все от них произошли, – пожал плечами сталкер. – И если вы даже не шутите, то, думаю, из всех обезьян своей стаи вы были самой прекрасной.

– Ну-у, началось, – протянула Юки – и дернула за рукав Савельева. – Папа, пойдем уже куда-нибудь, здесь становится слишком скучно.

– А кстати, и правда, куда вы теперь? – поинтересовался я у Фыфа.

– Я – домой, – решительно проговорил шам. – Помнится, тут где-то портал был в мир Кремля.

Сыт я по горло вашей Зоной. У нас, конечно, тоже не сахар, но все же как-то поспокойнее.

– Мы с тобой, – хором проговорили Данила, Настя, Рудик, Рут и Циркач.

– И я с вами, – добавила Арина. – Осточертело мне здесь, да и о папаше многое напоминает, будь он неладен – в смысле, светлая ему память и все такое.

– А я в бар вернусь, – сказал Бесконечный. – Прогулялся немного, размялся, пора и за работу.

– Мы с Юки на Большую землю возвратимся, – произнес Савельев.

 – Я все-таки не теряю надежды построить дом для себя и дочери. Разумеется, с додзе, в котором можно спокойно тренироваться, не думая о том, что творится за его стенами в этом безумном мире.

Кречетов подумал немного и сказал:

– А я, пожалуй, попробую обжиться в бункере Захарова. Потенциал для научной работы в нем огромный, но мой учитель явно использовал его не по назначению.

– Только смотри не превратись в аналог академика с мечтой о мировом господстве, – проговорил я.

 – Иначе тебе придется иметь дело со мной.

– Ни в коем случае! – воскликнул ученый. – Я за последнее время много чего переосмыслил и теперь намерен заниматься только научной работой.

– Будем надеяться, – хмыкнул я. И, повернувшись к своим друзьям, сказал: – Вам не обязательно искать тот портал в мир Кремля – тем более что порталы имеют свойство затягиваться, и не факт, что он будет на месте. Думаю, так будет проще.

С этими словами я размахнулся – и нанес своим ножом длинный удар, словно вспарывал сверху донизу огромную картину, растянутую от свинцовых туч до растрескавшегося асфальта под нашими ногами.

И картина поддалась.

Послышался треск, лазурные молнии побежали по разошедшимся в стороны краям разреза. Пространство, рассеченное «Бритвой», дрожало и грозило схлопнуться обратно. Но молнии, то и дело пробегающие по краям разреза, держали его, словно электрические пальцы.