Високосный убийца

Если она им откроется, то останется два варианта: либо они передадут ее слова Бакстону, как и положено, либо сохранят тайну, рискуя работой.

Уэйд окинул ее внимательным взглядом.

— О чем задумались, Геррера?

— Я умею читать людей.

Нина еще отхлебнула напиток, пытаясь выиграть время.

— Вспомнила Кармен Кардону…

— Знаю, она была под наркотиками и все такое, но как она могла навредить собственному ребенку? — недоумевала Брек. — Точнее, ребенку, которого считала своим. — Агент нахмурилась. — Да вообще любому ребенку?!

Уэйд и Нина рассказали коллегам историю Кардоны.

Тогда Геррера еще перевела слова Кармен как «Я ее поцеловала».

Сегодня они обдумывали факты: во-первых, Кармен винила себя, плакала и воскликнула: «Что я натворила?» Во-вторых, она употребляла наркотики через несколько недель после родов и попала в отчаянное положение. И наконец, ее дочка буквально исчезла после выписки из больницы. О девочке не осталось никаких сведений. Поэтому команда заключила: скорее всего, Кармен убила ребенка, ставшего обузой.

Им хотелось помочь близким Виктора и Марии, но без Кардоны это было невозможно.

— Давайте признаем, — заговорил Кент. — Мы никак не сможем обвинить пациентку психушки из-за одного только подозрения, что она кого-то убила тридцать лет назад. Даже если чудом найдем доказательства, ее не осудят.

Нина хотела отвернуться, однако пристальный взгляд Уэйда приковал ее к месту.

— Геррера? — допытывался старший профайлер.

Пришла пора сделать выбор.

— Когда мы ушли из «Елизаветы», я все думала о словах Кармен…

Агент выжидающе молчал.

Следовательно, превратился в доктора Джеффри Уэйда, психолога на допросе. Пока она не выложит все, он не успокоится.

— «Я выбросила ее в мусор», — объяснил остальным Кент.

— Мусор?.. — Уэйд перевел взгляд с Кента на Нину.

Во рту у нее стало сухо. Когда она только устраивалась в ФБР, старший профайлер давал ей психологическую оценку и прекрасно знал о ее прошлом.

— Кармен сказала, что они с клиентом встретились в Вирджинии, — медленно произнес Уэйд.

— Да. Мне скоро двадцать восемь. — Дав им минутку, Нина продолжила: — Неизвестно, когда у меня день рождения. Возможно, он прошел…

— Двадцать третьего февраля, — закончил Уэйд.

Брек прижала ладонь ко рту.

— Погодите! Девочка из дела Ла Йороны родилась двадцать третьего февраля, затем мать отвезла ее в Мэриленд. А потом, говорите, она выбросила ребенка где-то в Вирджинии?

Уэйд поднял руку, прерывая обсуждение.