Развод. Ты разрушил нас

— Ладно, я вижу, что ты неважно себя чувствуешь, и мне захотелось сделать тебе приятное, — сдается мужчина. — Ты заболела? Это как-то связано с тем, о чем ты хотела со мной поговорить?

Отпиваю чай и грею руки о чашку:

— Это основная причина нашей встречи.

Иман хмурится. Рассматривает меня с вниманием, откладывает вилку в сторону и перестает кромсать мясо. Замирает. Ожидает, что я продолжу.

— Я беременна, Иман, — выдаю как на духу.

Пауза.

Заминка.

Иман моргает и на секунду задерживает глаза в закрытом положении.

Втягивает через нос воздух.

Я сжимаюсь, потому что мне кажется, что этот мужчина сейчас прихлопнет меня, как мушку.

Он открывает глаза, и я тону в его черноте, как в цистерне со смолой.

— А меня ты позвала, чтобы сообщить, что не хочешь больше встреч и возвращаешься к мужу? — спрашивает с неожиданно холодной усмешкой.

— Я позвала тебя, чтобы сказать, что, возможно, это твой ребенок.

Глава 31

Ксюша

— Мой? — Иман вскидывает брови вверх и смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

— Да. Сейчас срок около восьми недель, сам понимаешь, примерно два месяца назад у нас и был секс. — Говорить подобное сложно и даже постыдно, но все факты должны быть озвучены во избежание прецедентов. — Проблема в том, что примерно в это же время у меня был секс и с мужем. Тогда мы еще были женаты.

Я добавляю информацию о произошедшем, потому что не хочу выглядеть распутной девкой, которая скачет по койкам мужиков.

Иман выпрямляет спину и долго думает над чем-то, а после, явно собравшись, спрашивает:

— Как я понимаю, ты решила оставить ребенка? — его голос ровный, спокойный, скорее даже деловой.

— Конечно, — киваю. — Ты должен знать, что этот ребенок значит для меня. За почти десять лет брака с Кириллом у нас так и не появились дети. Вот почему ребенок для меня сродни чуду. Я не знаю, от кого он, но для меня это и не играет роли. Это мой малыш, и я люблю его.

Амаев смотрит на меня скорее снисходительно, немного склонив голову набок.

— Иман, я сообщила тебе об этом, потому что ты так же, как и Кирилл, имеешь право знать, — беру в руки кружку и нервно допиваю остывший час, чтобы промочить горло.

— Так твой бывший муж в курсе беременности? — Иман выгибает бровь.

— Да.

— И как он отреагировал? — спрашивает с интересом.

— Он был шокирован и, очевидно, до сих пор не может прийти в себя.

Прошло уже несколько дней, а от Кира ни слуху не духу. Значит, я могу сделать вывод, что мой муж отказался принимать участие во всей этой ситуации.