В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

– Ну что же, я слушаю вас, мистер Нотт.

Глава Ковена задумчиво посмотрел в потолок и вздохнул:

– Собственно, я готов отдать вам это письмо даром. А вы дадите моим детям второй шанс. Вы ведь, по слухам, никому в этом не отказываете?

Когда Нотт отбыл, Дамблдор вручил злополучное письмо Макгонагалл, подошёл к окну и призвал вазочку со сладостями. Он меланхолично бросал в рот одну конфету за другой, дожидаясь, пока Минерва закончит свою экспрессивную речь на тему «недобитых негодяев».

– Да как он смел? Альбус, мы не должны сидеть, сложа руки, и наблюдать, как из Гарри Поттера делают второго Тома Риддла! И это письмо ни при чём! Да, Чарльз Уизли сглупил и поддался на уговоры брата, но ведь мальчики преследовали благородную цель! Альбус, почему вы молчите?

Дамблдор возвёл глаза к изукрашенному резьбой потолку и в который раз позавидовал незамысловатости душевного устройства гриффиндорского декана.

– Мистер Нотт, хотел он того или нет, помог избежать Хагриду смерти, а семье Уизли – страшного горя, – укоризненно сказал он. – Я уж молчу о наших с тобой должностях. Согласись, цена озвучена вполне приемлемая. Я бы даже сказал, выгодная.

Макгонагалл задохнулась от возмущения, а потом сжала губы в нитку, а на её щеках разгорелся нездоровый румянец.

– Я понимаю, тебе претит всякая торговля, – мягко сказал Альбус, – но давай подумаем об этой ситуации, как взрослые люди, облечённые ответственностью за чужие жизни. Начнём с того, что Хагрид нарушил закон. Нелегальное приобретение опасных ингредиентов и разведение драконов само по себе означает неизбежное заключение в Азкабане на длительный срок.

Макгонагалл подумала и кивнула:

– Хагрид виноват, не спорю. Он заслуживает наказания, но Азкабан – это чересчур. Он ведь не убийца.

– Как сказать, – пожал плечами Дамблдор. – Не в первый раз наш дорогой Рубеус ставит интересы своих жутких питомцев выше безопасности окружающих. Мы с тобой знаем о его простодушии и верности, остальные же могут усмотреть в его поведении ненависть к людям вообще.

– Не бывшим Пожирателям судить человека за его ошибки!

– При чём здесь Пожиратели, Минерва? Коллективное мнение формируют простые обыватели, нетерпимые ко всему, что хоть как-то выбивается из привычного уклада их жизни.

Макгонагалл опять поджала губы, но промолчала. Дамблдор постоял, покачиваясь на носках своих расшитых золочёными узорами туфель, а потом вернулся в кресло.

– Могло случиться страшное, – сказал он больше для себя, чем для Макгонагалл.