В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Я не жалуюсь, но…

– Гарри, ты хочешь, чтобы тебя усыновила какая-нибудь семья волшебников?

– Тогда следует потерпеть до совершеннолетия. Учитывая, что по десять месяцев в году будет приходиться на учёбу в Хогвартсе, я думаю, это будет не слишком обременительно. Как ты думаешь?

– Д-да, пожалуй… А потом?

– А потом ты сдашь экзамены, получишь место в Мунго и будешь помогать мистеру Сметвику. Ведь так?

– Конечно, профессор Дамблдор! Обязательно!

– Ну вот, – Альбус улыбнулся и откинулся в кресле. – А теперь, Гарри, я хочу поговорить ещё об одной весьма неприятной вещи. Твой чай совсем остыл, давай-ка мы нальём нового. Вот так.

– О какой вещи? – испугался Поттер. – Я ничего не делал!

– Разумеется, не делал, – тяжко вздохнул Дамблдор. – Речь о твоей славе, Гарри. Тема неприятная и небесспорная, но поговорить нам придётся.

– Да, знаю. Газетная утка, чугунный лоб магической Британии, святой младенец Поттер и прочие гадости, – скривился Гарри. – Аваду не отбить, медицинский факт. Но я не просил об этой славе! Я даже не знал о ней!

Дамблдор так опешил, что даже замешкался с ответом.

– Никто тебя не винит, Гарри, – наконец нашёлся он. – Действительно, твоих личных заслуг в исчезновении Волдеморта немного. С другой стороны, уже целое поколение детей воспитано на твоём подвиге. Думаю, будет неправильным их разочаровывать и вести себя, как избалованная певичка, как ты думаешь?

– Я не… – возмутился было Поттер, но Альбус, протестующе вскинув ладони, прервал его.

– Рональд и Невилл – хорошие ребята, – мягко сказал он. – Немного простодушные, как и все чистокровные маги, но они совершенно не заслужили того, что ты устроил им вчера. События тех дней – не их вина, Гарри. Уж не говорю о том, что я добрых три часа успокаивал Хагрида. Зелья на полувеликанов почти не действуют, и бедный Рубеус рыдал у меня в кабинете, как дитя. Я не настаиваю, поступай, как знаешь. Но мне кажется, они все заслужили твоих извинений.

– Я завтра собирался, – покраснев, промямлил Поттер и опустил глаза. – Честное слово, профессор Дамблдор.

– Вот и прекрасно, – улыбнулся Альбус. – Пей чай, а то остынет.

Выпроводив смущённого Поттера, Дамблдор наконец позволил себе нахмуриться и устало потереть лоб.

– Томми-Томми, – проворчал он. – Это, ясно, не твой сын, но вполне мог бы им быть. Головная боль, а не герой. Мордред, Августа теперь изойдётся на колкости и насмешки, старая калоша.