В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Когда загорелся этот проклятый камень, Гарри буквально впал в ступор. Он, не отрываясь, смотрел на безумно красивое белое пламя и не мог даже с места сдвинуться. Что-то кричала Маккошка, а за спиной он слышал взволнованную скороговорку Гермионы, восторженные вопли Уизли и отрывистые команды Нотта.

Огонь был очень горячим, Гарри чувствовал, как жар опаляет его чёлку, но не мог сделать ни шагу, его как будто приклеило к месту. Маккошка что-то крикнула и подняла палочку. Какой-то ненужной сейчас частью мозга Поттер помнил про «Вали из-под прицела!», вот только валить не было никаких сил – огонь подавлял и завораживал.

Едва струя воды из палочки Макгонагалл коснулась пламени, взвились огромные клубы пара. Гарри непременно обварился бы до мяса, если бы кто-то не схватил его за шиворот и с силой не дёрнул назад. От рывка он стал заваливаться на спину, но даже тогда не смог отвести взгляда от полыхающего камня. Упасть ему не позволили – этот кто-то обхватил Гарри поперёк груди и ещё раз дёрнул, на сей раз вбок, отволакивая в проход между партами.

Неизвестный спаситель крепко обнял Гарри со спины, и спокойно произнёс хрипловатым голосом Нотта:

– Не смотри. Не смотри туда.

Поттер попытался закрыть глаза и не смог – пламя добралось до парты и сменило цвет на нормальный, но всё равно было невыносимо прекрасным.

– Спокойно, – тихо шепнул Тео, щекоча губами ухо Гарри, – всё хорошо. Отпусти его, не держи.

Гарри хотел сказать, что не он держит огонь, а наоборот огонь держит его и это… Это невероятно! Восхитительно!

Сухая, твёрдая от застарелых мозолей ладошка Нотта прикрыла Гарри глаза, и тот судорожно втянул в себя воздух. Похоже, всё это время Поттер не дышал.

– Умничка, какой ты умничка, – ласково прошептал Теодор и – господи, спаси! – поцеловал его в щёку.

Вот тут-то Гарри пришёл в себя окончательно и затрепыхался, избегая объятий чокнутого Нотта.

Тео коротко заржал и гаркнул так, что у Поттера зазвенело в ушах:

– Заткнулись, на хуй, все!

В классе воцарилось ошеломлённое молчание, и только Малфой негромко матерился, выдираясь из рук Крэбба и Гойла. Парни взглянули на Поттера и немедленно отпустили Малфоя. Тот пошатнулся, оправил мантию и завершил спич:

– Мистер Поттер! – взвизгнула Маккошка, нервно поправила сбившуюся набок шляпу, запнулась, прикрыла глаза, коротко выдохнула и сказала: – Минус пятьдесят баллов Слизерину за сорванный урок и нецензурную брань! Господа Поттер, Нотт и Малфой – по неделе двухчасовых отработок у мистера Филча.